![Список обреченных 1 [версия Bookriver] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/6/5/0/3/spisok-obrechennyh-1-versiya-bookriver-download.jpg)
Список обреченных 1 [версия Bookriver]
- Автор: Точильникова Наталья Львовна
- Серия: Список обреченных #1
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: БукРивер
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Список обреченных 1 [версия Bookriver]». Краткое содержание книги:
При этом развитые технологии вплоть до возможности редактирования памяти. Видеокамеры на каждом шагу, глобальная электронная слежка. Базы данных по всем жителям.
Но не все готовы мириться с жестким авторитаризмом потерявшего связь с реальностью старика и его принципом: Своим все, остальным — произвол. По другую сторону баррикад — Лига Свободы и Справедливости со своим следствием, своим судом и своими палачами и ее лидер — Андрей Альбицкий.
Его счета арестованы, он избегает видеокамер, чтобы не идентифицировали внешность, его телефон выключен, а в его планшете трое суток нет симки, чтобы его не выследили по биллингам, он скрывается, его преследуют, а спецслужбы считают его самым опасным человеком в России.
Читайте Список обреченных 1 полностью.
Подробный анализ был готов около половины седьмого. Яков набросал психологическое заключение и отзвонился Медынцеву.
Алексей Матвеевич еще был на месте.
— Анализ и заключение по Рашитову готово. Карта чистая.
— Понятно, — вздохнул Алексей Матвеевич. — Сбрось материалы и заходи ко мне.
Когда Анисенко зашел в кабинет, Медынцев уже сидел за компьютером и пробегал глазами заключение.
— СБшники будут недовольны, — наконец, сказал он.
— Зачем им невиновный? По оправданию терроризма я положительное написал. Даже есть план психокоррекции, правда там мало.
— Угу! На три копейки. Как на полтора месяца растянул, кудесник!
— Чтобы они ему больше ничего не припаяли, если им покажется очень мало.
— Все равно покажется. Все равно припаяют. По этой статье нет условно, к сожалению. Хотя парня жалко, конечно.
— Лишь бы обвинение в убийстве сняли.
— Попробую договориться. А невиновный им для отчетности, Яша. Чтобы начальству оперативно доложить и получить премии, поощрения, погоны.
— А невиновному — пулю в затылок.
— Яша, не драматизируй. Это совсем не обязательно. Одно же убийство, хотя и терроризм. Могут лет двадцать дать.
— Какие двадцать лет, Алексей Матвеевич! Он невиновен.
— Постараюсь договориться, постараюсь.
— Мне его в коррекционное отделение переводить?
— Подожди пока. Поглядим.
— У него согласие.
— Я помню. Подожди.
Перед уходом с работы Яков еще успел заглянуть к Дамиру. Рашитов сидел на кровати и читал книгу.
— Дела такие, если кратко, — сказал психолог. — В общем, все по-прежнему. По убийству карта чистая. По оправданию терроризма будет коррекция. Завтра-послезавтра переведем в коррекционное отделение. Это не страшно. Там все тоже самое. Не волнуйтесь. Спите.
На следующий день Алексей Матвеевич вызвал Якова к себе.
— Надо подписать ПЗ Рашитова, — сказал он, когда Анисенко вошел. — Садись. Я тебе кинул на планшет. Только что.
Медынцев стоял у окна. Там, сквозь светлые жалюзи сияло еще холодное февральское солнце, но небо уже играло весенней лазурью, словно в марте.
Яков Борисович сел, открыл документ и начал читать.
Лучше бы он этого не делал!
Проклятая гиперответственность! Дурацкий синдром отличника. Что за глупость читать все, что нужно подписывать!
Глава 13
— Я немного отредактировал, — устало пояснил Медынцев.
Немного! «Рашитов Дамир Ринатович виновен в убийстве Анжелики Синепал, — гласило психологическое заключение, — что полностью подтверждается анализом эмоциональной и долговременной памяти. Необходимость психокоррекции: 100 %.
Учитывая наличие подписанного и оформленного в законном порядке согласия обвиняемого на психокоррекцию, рекомендуем перевод в коррекционное отделение. С учетом тяжести совершенного считаем, что обвиняемый должен содержаться в блоке F».
— Я этого не подпишу, — сказал Яков.
— Яша, они ни в какую, — проговорил Алексей Матвеевич и тяжело опустился в кресло.
И Яков вспомнил, что шефу уже хорошо за шестьдесят, что вдруг стало очень заметно.
— Блок F — это не смертельно, — продолжил Медынцев. — Ну, запрут его в палате, потерпит. Не можем же мы его на А поместить, если у него убийство.
— Какое убийство, Алексей Матвеевич!
— О котором мы пишем. Не можем не писать. Знаешь, что мне его следователь сказал? Что, если у Рашитова будет отрицательное ПЗ, у нас у всех будет статья о коррупции: у тебя, у меня, у наших сотрудников. Дамир из богатой семьи и всех нас подкупил, чтобы ему состряпали отрицательное ПЗ.
— Бред какой! Но есть же суд, Алексей Матвеевич!
— Яша, ты о чем? Какой суд? В России живем. Все что они скажут, суд пропечатает. И бороться с ними бесполезно. Ты молод еще, а я жизнь прожил. Только погубишь себя и ничего не добьешься. Здесь один выход: стараться ни с кем не ссориться и идти на компромиссы. Так есть надежда хоть кому-то помочь. Иначе они разгонят нас всех.
Заимствовали западную методику: моды, нейронные карты, коррекция. Психологических центров настроили, как в Европе. Чтобы казаться цивилизованной страной. Именно казаться, Яша! Не быть! Ни в коем случае!
Они полностью извратили суть. В том виде, как они задумывались на Западе, Пси-центры им не нужны. Цель ведь была, чтобы невиновные не попадали в тюрьму, не было судебных ошибок, а виновные могли вернуться в общество, больше не причиняя никому вреда.