Кровь над короной

– С императором российским. И мир с моей страной подтверждала императрица Екатерина. Просто она по покойному мужу имела титул герцогини Голштинской, которой сейчас и является, как и ее сын Пауль-Петер, переставший быть наследником российского престола, но сохранивший за собой титул герцога.

– Тогда странная коллизия получается, мой кузен. Солидные деньги были переданы королевству Пруссия за возможность отвоевания Голштинией Шлезвига, что ныне является датским владением. Да-да, переданы точно в срок, и в полном объеме, о чем есть документы, заверенные как представителями вашего короля Фридриха, моего венценосного кузена, да хранят его небеса, так и подписанные собственноручно тогда императрицей Екатериной, которая являлась герцогиней Голштинской.

Иван Антонович говорил спокойно, но потому как чуть нервно дернулся младший брат прусского короля, понял, что удар достиг цели. Видимо, пруссаки поняли, что часть бумаг Панин оставил в Петербурге, забрать которые у него не было возможности.

– Мой король сполна выполнил обязательства…

– Согласен, но перед герцогами Голштинскими король Фридрих ничем не обязывался, а лишь перед императорами всероссийскими – коими упомянутые вами герцог Пауль-Петер и герцогиня Софья-Фредерика не являются. А потому я буду просить своего венценосного брата Фридриха выполнить соглашение для российского императора, коим я являюсь, а не для герцогов Голштинских, каковыми они перестали быть.

«О как тебя заколбасило, мой друг. Ты в «лихие девяностые» дела не расследовал, когда «кидалово» похлеще было, чем то, что ты со своим братцем решили со мной проделать.

С Катькой у вас вышло – она вам отступное выплатила, за трон, на который вошла!

Как и за то, что во время заговора вы ее поддержали, обещая, что не дадите Петру убежища и помощи – а немке деваться было некуда – отсюда и отступные 25 миллионов, и освобождение Восточной Пруссии, откуда русские войска вывели».

– Вы хотите завоевать Шлезвиг для себя?!

– Помилуй Бог, зачем мне он нужен? А вот от Голштинии я бы не отказался – ведь раз они бежали туда, и ваше королевство их признало, значит, сделка либо аннулируется, с обоюдным соблюдением интересов сторон, либо та сторона, что получила деньги вперед при заключении сделки, компенсирует вложение другой высокой договаривающейся стороны. А каковой вдовствующая герцогиня Голштинская являться не может, раз она написала отказную грамоту за себя и сына, юного герцога. Следовательно, не способна к заключению договоров.

Иван Антонович улыбнулся, глядя в выпученные глаза принца Генриха, и вкрадчивым голосом продолжил: