Cон цивилизации

3.

Если вы когда-нибудь разговаривали с гадалкой-ясновидящей, гуру йоги или индейским шаманом, то наверняка обратили внимание на их необычную манеру общения. На первый взгляд казалось, что речь этих продвинутых интуистов была непоследовательна, полна нестыковок и неточностей, а загадочные хитросплетения слов больше походили на заговор или притчу, чем на что-то осмысленное и полезное. В определенный момент возникало ощущение, что эти люди попросту морочат вам голову, запутывая и сбивая с толку своим многословием. Но как только появлялось чудесное откровение, сразу все вставало на свои места. Когда советы интуистов начинали реально помогать, приходило невольное восхищение их знанием человеческой психологии и способностью так тонко чувствовать собеседника.

Такое же чувство я испытывал в разговоре с пустоголовами.

По мере беседы пустоголов мог без зазрения совести перепрыгивать с темы на тему, то и дело спрашивая о вещах, казалось, совершенно не связанных, при этом, ответы как будто не слушая вовсе. Но в итоге приходил к заключению или давал совет, от точности и прозорливости которого в жилах стыла кровь.

Например, я мог поинтересоваться у местного, как мне попасть на стыковочную палубу номер пятнадцать, а он вместо ответа закатывал глаза и, как всегда, заводит своё: «вода точит камень», или «лес темнее на закате», или «всякое дерево суть растение». Уж очень пустоголовы любили вставлять невпопад эти свои очевидные и в тоже время многозначительные фразочки, похожие на предикаты Дугласа Лейна, хотя, на мой взгляд совершенно бессмысленные, и к моему вопросу не имеющие никакого отношения. Следом за очередной абракадаброй, пустоголов мог спросить, как я сегодня поел, или как мне спалось этой ночью, или ещё о какой-нибудь ерунде. При всем при этом создавая впечатление, что мой ответ его нисколечко не интересует. И после всех этих нелепых пассажей, несвязанных между собой обрывков диалога он с предельной точностью заявлял: «На стыковочную палубу не ходи, карта нуль доступа находится у вахтёра!» После этих слов я застывал словно ошарашенный, пытаясь понять, как он узнал про карту. Хоть я о ней ничего не сказал, именно она то мне и нужна была.

В то время я много ломал голову над их ответами. Когда с первой попытки понять логику пустоголова не получалось, то я принимался ворочать его слова и так, и сяк, и после очередной бессонной ночи вдруг ощущал еле уловимый проблеск смысла. И вот пребывая в предутреннем бреду, мне вдруг начинало казаться, что я близок к разгадке. В этот момент прежнее нагромождение нелепиц вставало на свои места, туманное пророчество обретало форму великой мудрости, а в самой фигуре пустоголова отчетливо проступал образ духовного лидера, видящего меня насквозь.