Предел возможного (СИ)

Не тут-то было. Тимоти навис над ним, возмущенно хмурясь.

— С какого черта я должен любовника себе заводить? — недовольно спросил он.

— С такого, что ты молод, полон сил и хорош собой, — спокойно ответил Грегори. — Я все понимаю, тебе нужны нормальные отношения и секс — но знать, где ты их получаешь, не хочу. Пожалей мою гордость. Прошу тебя.

Возникла пауза. А затем Тимми рывком содрал с него одеяло и пригвоздил к кровати, заглянув в глаза. Заглянув в саму душу. Как тогда… Тогда…

— Нормальные отношения? — пропыхтел он, сверкая глазами, — совсем как тот дерзкий молодой мальчишка. — Нормальный секс?! Я тебе щас покажу!.. Я тебе щас покажу, какие мне нужны!..

Грегори даже слово не успел сказать. Тимми предпочитал заниматься любовью в «миссионерской позе» и очень редко укладывал его на живот. Обычно для того, чтобы сделать массаж или, как он выражался, «поцеловать поглубже». И этот раз не стал исключением. Исключением было то, что Тимоти никогда его раньше так не мучил — не нежил и не тискал до последнего, так, что уже терпеть не было сил.

— Старый хер, — с тяжелыми вздохами хрипел мальчишка, протискиваясь внутрь него и облизывая складки на его шее. — Уже двадцать пять лет с ним, а он… Убью… Убью, слышишь!.. Зараза такая… Зараза… Зара… Грег… Боже… Гре-е-ег…

Его рука держала Грегори под грудь, ладонь — прямо над сердцем. Губы прижались к коже у корней волос, нос зарылся в шею. Второй рукой Тимоти упирался точно над его головой — Грег впился в нее после первого же толчка. Парень двигался плавно, осторожно, но мощно, прижимаясь всем телом. Нужно было за что-то цепляться.

— Мой мальчик, — выдохнул Грегори в конце, прогнувшись в ноющей пояснице.

— Мальчик, — хмыкнул Тимми после жаркой сладкой паузы и подался назад. — Мне пятый десяток уже, а он все — мальчик, мальчик.

— Ты для меня всегда им будешь, — едва слышно прошептал Грегори, и внутри его груди болезненно затрепетало. — Дорогим изумительным мальчиком.

— И любящим, — тихо-тихо произнес Тимми, укладываясь на него опять.

Его влажное горячее тело согревало лучше любого одеяла. Сильные нежные руки ласкали окаменевшие от напряжения мышцы, они уже хорошо этому научились. Они в принципе научились многому — Грегори дал своему мальчику столько, сколько мог. И этот дар возвращался ему сторицей от взрослого сильного мужчины уже больше пары десятков лет. У Грега перехватило дыхание, когда Тимми поцеловал его в макушку. Так, как когда-то очень давно, в их самый первый раз, Грегори поцеловал его самого.

Задушенный всхлип вырвался непроизвольно. Мальчик перевернул его и обнял, уткнувшись в шею. Его карие глаза сверкали от влаги.

— Нет у меня никого. Никто мне не нужен. Жил с тобой, с тобой умру, — просипел Тимоти, стиснув его обеими руками с нежным волнением. — Веришь?

— Верю, — прохрипел Грегори, давясь слезами.

Для мозга это прозвучало, видимо, как команда — он и правда поверил. На следующий день, случайно встретив Джеймса, измотанного постоянными изменами мужа, Грегори понял, в чем была их с Дэвидом главная ошибка. Помимо возраста, который сам по себе не был такой уж серьезной проблемой, но вкупе с определенными обстоятельствами превратился в балласт, потянувший их обоих на дно. А обстоятельства эти — безответственность и легкомыслие. Разве Джеймс сомневался, завлекая совсем молодого парнишку в свои сети? Разве Дэвид задумался, стоит ли ему начинать отношения с человеком, который вот-вот превратится в дряхлого старика?

Грегори очень сильно сомневался.

Семидесятилетие Джеймс отмечал не столь пышно, как прошлый юбилей. Было не так много гостей, и все они не покидали его загородный дом. Пара перемен блюд, с несколько десятков тостов и супружеская чета — Джеймс, полностью оправдывающий свой возраст, и красавец Дэвид, притягивающий взгляды. Они все ещё держались вместе, хотя некоторая доля холодности уже была заметна.

— Он оставит его, — сказал, натянуто улыбаясь, Тимми, когда они с гостями вышли на улицу посмотреть салют. — Скоро. Я чувствую.

— Угу, — улыбаясь ему в тон, кивнул Грегори и осторожно приобнял.

Они вместе опирались на увитый плющом забор, украдкой переглядываясь. Теплый бок согревал бок, рука ещё чуть-чуть и коснется руки. В конце концов, лед треснул, и Тимоти положил голову на плечо Грегори, а тот вместо того, чтобы привычно мягко оттолкнуть, прижался заросшей щекой к темным вихрам. У Тимми, словно в насмешку, волосы до сих пор были иссиня-черными. У Грегори борода сильно побелела за последний год.

— Похоронишь меня в Канаде, — попросил Грег тихо.

— На вершине Логан? — хихикнул Тимми.

— Можно и не так высоко, — улыбнулся Грегори. — Около того озера рядом с домом. Помнишь, мы там купались в свое время…