Графиня Монте Карло

Дядя Костя замолчал, кашлянул в кулак, поискал кого-то глазами за окном машины и продолжил:

— В прошлом году звоню фраеру одному московскому — он заместителем министра устроился. Говорю, встречаться надо, просьба к тебе одна есть. Он тык-мык со своими понтами — мол, к помощнику моему обращайтесь. — Ты, урод, — говорю ему, — я знаю, кто тебя в правительство протолкнул; если еще хоть слово вякнешь, я тебя в деревенский нужник затолкаю, будешь в дерьме сидеть, а над тобой будут летать мухи. Попрошу всю деревню ходить нужду справлять именно в этот нужник, буду им за это деньги платить, а ты будешь им снизу говорить — я министр, типа, крутой.

Вася Толстый взбрыкнул головой, словно сбрасывая с глаз челку, которой у него уже четверть века как не было. Потом протянул старику кейс.

— Возьми, дядя Костя. Я и в самом деле не знал. Я всего-то пол-лимона у них взял. Возьми, дядя Костя. В кейсе шестьсот тысяч гринов.

— Грины! — поморщился старик, — зеленые, баксы! Тьфу! Напридумали ерунды всякой. Одно есть слово — бумага, и относиться к деньгам надо как ко всякой подтирке.

— Я и в самом деле ни ухом ни рылом, — замотал головой Вася Толстый.

— Разве что, — вздохнул дядя Костя, а потом сказал примирительно: — ладно, Васек, брось свой лопатник на Сашкино сиденье: он потом вернет барыгам бабки. А ты вот что — лети в свой Париж, только ребятам своим скажи, чтобы в Славянку и Форносово[1] по паре компьютеров заслали. Пусть лучше люди обучаются на них работать: чем по форточкам шастать, пусть хакерами становятся — очень модное сейчас направление.