Записки старика

Украшением этой части является история болгарских студентов, которых привезли в Россию и по приказу супруги императора распределили по учебным заведениям по всей России. Трое из них попали в Смоленск, где жили в доме Максимилиана Маркса. Автор шутливо описал их адаптацию к смоленским условиям, а заодно показал, как империя проводила свою панславянскую политику в отношении болгар.

Маркс также следил за настроением смоленских помещиков в связи с предположениями об отмене крепостного права. Местное дворянство с негодованием восприняло раболепное обращение помещиков Виленской губернии с просьбой отменить крепостное право. Они были уверены, что это «польская интрига», на которую царь не согласится, – основа их интересов. Последняя глава смоленской части вносит много интересного в вопрос об отношении россиян к отмене крепостного права.

Действие третьей части «Записок старика» происходит в Москве. Маркс начинает ее с описания впечатлений его самого и его семьи после приезда из Смоленска в Москву, а также сравнения его ранних воспоминаний о городе с Москвой 1860-х годов. В следующих главах описываются встречи с болгарскими студентами. Начало этих контактов относится ко времени пребывания Максимилиана Маркса в Смоленске. Этот фрагмент воспоминаний полон панславянских тем, касающихся не только поляков и болгар, но и чехов.

Самая важная часть московских воспоминаний – это фрагмент, связанный с польским студенческим кружком в Москве. В своих воспоминаниях Маркс сравнивает российские студенческие кружки с польскими: «Русские кружки были раздроблены и считали в своем составе только десятки студентов. В польский же кружок входили сотни, прибывшие из огромного пространства от Западной Двины и Днепра до границ империи с Пруссиею и Австриею, т. е. из тех учебных округов, которые лишились в 1831 г. своих университетов»[24].

Маркс описывает также реакцию польского общества в Москве на события в Варшаве 15 (27) февраля 1861 г., когда генерал Василий Иванович Заблоцкий приказал открыть огонь по мирной демонстрации, требующей проведения социальных реформ и предоставления гарантий основных гражданских прав. Манифестация превратилась в религиозно-патриотическое шествие. В этой ситуации не остались равнодушными польские кружки в Москве. Во французской церкви в Москве была организована поминальная месса, на которую были приглашены не только католики, но и все остальные сочувствующие полякам: русские, болгары, чехи и армяне.