Железные амбиции. Мои победы с Касом Д'Амато [litres]
- Автор: Сломан Ларри, Тайсон Майк
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: 1 редакция (15)
- ISBN: 978-5-04-168105-0
- Переводчик: Александр Б. Мовчан
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Железные амбиции. Мои победы с Касом Д'Амато [litres]». Краткое содержание книги:
Откровенная история о том, как родился «великий и ужасный» Майк Тайсон.
В своей автобиографии Майк Тайсон рассказывает о том, что предшествовало событиям, изложенным в бестселлере «Беспощадная истина». О том, как легендарный тренер Кас Д’Амато стал его наставником, научил разумно пользоваться взрывным темпераментом и брутальной силой и выковал всем известного Железного Майка.
Когда Кас Д’Амато впервые увидел спарринг 13-летнего Тайсона, он сказал: «Это – будущий великий чемпион!» Кас недолго тренировал Майка, но уже через год после его смерти Тайсон стал самым молодым чемпионом мира в супертяжелом весе. Майк искренне рассказывает о роли, которую Д'Амато сыграл в его жизни, опекая как отец и сформировав его как физически, так и морально. Он описывает жизненные уроки, которые преподал ему Д'Амато, и размышляет о том, как мудрые слова тренера повлияли на него за пределами ринга. Майк также делится уникальными спортивными историями, в том числе рассказывает о мужественной борьбе Каса с мафией, контролировавшей американский бокс.
– Что ты сегодня делал? Ты должен был выполнить ряд заданий. Где твоя домашняя работа?
Иногда мне было достаточно лишь слегка пошуметь в своей комнате, чтобы он начинал кричать с лестницы:
– Эй, что это ты там делаешь?
– Кас, я здесь живу, – отвечал я в таких случаях.
Если вдруг я вворачивал в речи какое-то новое словцо, которому выучился в школе, он мог наброситься на меня:
– Откуда ты узнал это слово? Я его не использую и никогда не произносил. С кем это ты общался?
Любое нарушение размеренного ритма жизни он воспринимал как заклятого врага. Однажды вечером я задержался на школьных танцах и позвонил Касу предупредить, что вернусь домой поздно, поскольку придется ждать такси. Он не на шутку разволновался:
– Пора ложиться спать. У нас нет времени дожидаться, пока ты возьмешь такси. Бегом домой!
И я, уйдя с танцев, в костюме-двойке и парадных туфлях рысью мчался домой. В таком неподходящем для бега облачении мне пришлось преодолеть три мили.
Когда я возвращался с прогулки, Кас устраивал мне очередной допрос с пристрастием:
– Как фильм? С кем ходил? Как их фамилии? Что у них за семьи?
Кас не хотел, чтобы кто-то другой оказывал на меня влияние и вкладывал мне в голову свои идеи. Он велел мне держаться подальше от тех, кто проявлял ко мне повышенный интерес. Это было похоже на то, как мать велит тебе не общаться с соседским мальчишкой, а вы с ним лучшие друзья.
Однажды из-за моего поведения Кас пошел на крайние меры. Он объяснил директору младших классов, что я «особенный», и в отношении меня должны быть сделаны определенные «поблажки». Мне было пятнадцать, и порой я понятия не имел, как себя вести. Например, мне не было известно о том, как общаться с девушками. Они дразнили меня, а я в ответ лез с кулаками – в Браунсвилле мужчины постоянно дрались с женщинами. И вот однажды, сцепившись в школе с девчонками, я погнался за ними и ворвался в женский туалет.
Когда Касу доложили об этом инциденте, он вызвал меня в гостиную и предупредил:
– Если ты и дальше будешь так себя вести, тебе придется уехать отсюда. Я не собираюсь зря тратить свое время.
Эти слова пронзили меня насквозь, и я принялся рыдать. О боже! Кас выглядел смущенным. Было очевидно, что для него это стало полной неожиданностью. В нарушение всех своих принципов он обнял меня и прижал к себе. «Все будет в порядке. Все будет хорошо», – бормотал он, на какое-то мгновенье превратившись из злобного парня в милого старикана.
Случившийся со мной нервный срыв имел веские основания. Я не хотел покидать этот дом, для меня подобная ситуация стала бы глубокой травмой. Помимо всего того, что Кас вбил в мою голову насчет чемпионских перспектив, мне нравилось жить в нормальной семье. Раньше я никогда не испытывал таких чувств. Здесь я завел новых друзей, начал осознавать, что нужен кому-то. И куда мне теперь было деваться? Обратно в Браунсвилл? Ряды моих приятелей там редели день ото дня, особенно под Рождество или Новый год – именно тогда большинство из них погибало на улице в попытке раздобыть денег. Каждый год после праздников мы с друзьями собирались и интересовались друг у друга: «Ну, что нового?» И всякий раз оказывалось, что кого-нибудь из наших корешей застрелили во время грабежа: «Серьезно? Того пацанчика, который только вчера вечером тусил с нами? Он еще так от души хохотал. Его убили?»
Мне нужно было какое-то время, чтобы прийти в себя после угрозы Каса. Когда Камилла заметила, что я хандрю, она направилась к нему:
– Что случилось с Майком? Почему он плачет? Все в порядке?
– С ним ровным счетом ничего не произошло, – ответил тот. – С Майком все хорошо.
Камилла все же узнала, в чем было дело, и встала на мою защиту:
– Куда он пойдет? Ему просто некуда деваться!
После этого случая я стал тренироваться еще усерднее – если только такое было возможно. Я работал без продыху и увеличивал нагрузку каждый день. Когда я возвращался из спортзала, у меня оставались силы лишь на то, чтобы доползти по лестнице в свою комнату. С того дня у меня больше не было с Касом серьезных ссор. Я знал, что нахожусь здесь со вполне определенной целью и скорее умру, чем откажусь от нее.
Глава 6
Если бы Кас после того инцидента в школе выгнал меня из дома, это был бы уже не первый случай, когда он избавлялся от боксера. Берта Янга, который до начала съемок в фильмах о Рокки занимался боксом, всегда поражал тот факт, что Кас отказался тренировать своего соседа Вика Кампоса вскоре после того, как тот стал профессионалом. Кас просто понял, что у Кампоса нет будущего в боксе.