Ковчег для Кареглазки (СИ)
- Автор: Наседкин Евгений
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Ковчег для Кареглазки (СИ)». Краткое содержание книги:
Поиск в Интернете ничего не дал, поэтому я забрал листок с церковной книги вместе с тетрадью, и отправился в библиотеку. Валериец с Бергман остались изучать диски, их главной задачей стало определение, откуда взялись видеозаписи. Крылова предположила, что ампула со старым штаммом фуремии появилась оттуда же, откуда и видеозаписи — а потому была большая вероятность, что и Ковчег нашелся там.
После обеда Кареглазка разрешила порепетировать — и разобраться, что я там насочинял. Мы должны были собраться в рекреации, но Борисыч ожидаемо отпросился, а Зойка тупо не пришла — с утра она выгребла от начальницы за чулки и слишком короткую юбку. Крылова посчитала, что это уж слишком — разве что Бергман решила отвлекать мужчин от работы и развращать их. Скажу честно, это было претенциозно и несправедливо — Кареглазка сама кого хочешь развратит. Но Зоя получила строгий, я бы даже сказал, свирепый выговор, и проигнорировала репетицию.
А вот Антонов не пришел, так как слег с желудком. Это официальная версия, но я-то знал правду — его подвел кишечник. Да, это я постарался, подсыпав порноманьяку слабительное в какао. Причем сыпанул так щедро, что в начале первого Валерян поел, а в 12:30 уже не мог покинуть туалет. Даже не знаю, кажется, что по итогу всего он должен бы доплатить ассенизатору за выкачку канализации из выгребной ямы.
Так я остался на репетиции один на один с Еленой Ивановной.
— А как мы без Антонова? — она недоуменно приподняла бровь.
— Ты имеешь в виду — без Бэтмена? — я улыбнулся и повернул к ней вторую половину лица, разрисованную под Темного рыцаря.
Она рассмеялась.
— Хорошо. Давай быстро прогоним сценку, а то работы много.
— А твой костюм? Макияж и волосы? — как можно невинней спросил я, имею в виду особый облик Харли Квинн, который должна была примерить на себя ученая.
— Давай пока так. Для первой репетиции сойдет? — Кареглазка крутнулась на месте, и ее короткая юбка несколько раз подпрыгнула, оголяя стройные бедра.
— Уговорила, чертовка, — констатировал я, уходя в противоположный угол для развертывания сюжетной линии.
— Итак, мисс Квинзел, мне нужно знать — где Джокер? — моя половина Бэтмена наехала, сурово сверкая одним глазом. — Где твой безумный хозяин?
— Он больше не мой. Он предал меня, — прочла девушка с листочка. — Он предпочитает играть с тобой, и ревнует тебя ко мне.
Я взмахнул руками, как крыльями, навис над Крыловой, а она с трудом сдержала смех.
— Не ври мне, Харлин. Твои психиатрические уловки не обманут меня, — я экспериментировал с мимикой на Бэтменской части лица. — Я знаю, что Джокер здесь, на химическом заводе. Где он?!
Кареглазка подглядела в листок, сделала переворот, символически ударив меня в живот. Мы сражались, нанося друг другу удары, при этом я много раз невзначай прикасался к ней, но старался не переусердствовать и поменьше контактировать с интимными частями — чтоб не спугнуть. Ее тело упругое, а кожа — шелковистая и теплая, капрон колготок приятный и возбуждающий…
Приходится снова и снова репетировать бой, чтоб отработать тип и порядок нанесения ударов, мы хохочем как дети, и постепенно сама Кареглазка прикасается ко мне больше, чем я к ней.
Мы можем позволить себе все, ведь рядом никого нет. Только Цербер глядит на нас, как истукан, погрызывая ножку от дивана, а его лимонные глаза как будто никогда не моргают — может, швырнуть в него степлер?
Когда сражение вроде как закончилось, ученая по сценарию отбежала в другой угол комнаты. Я же повернул к ней вторую сторону лица — разрисованную под злодея, белокожую и с огромной багровой ухмылкой до уха.
— Ты плохая девочка! — хохочу как умалишенный. — Теперь эта ночная крыса попала в мою западню.
— Я тебя люблю, Джокер, — Елена Ивановна морщится от этих слов, специально вставленных мной в наш диалог. — Я хотела бы, чтоб мы жили как люди. Чтоб я была обычным человеком.
Я подошел ближе, все также вывернув лицо, как будто у меня шею свело.
— Разве это возможно, Харли? Разве мы можем быть обычными — Джокер и Харли Квинн? Разве женщина — тоже человек?
Крылова ржет над последней репликой и пытается дать мне шуточную пощечину. Я увернулся, потянув ее на себя. Мы упали на пол, смеясь, и Кареглазка оказалась на мне. Пока я удерживал ее, она извивалась на мне, тогда я провел руками по ее спине, массируя шею, лопатки и поясницу, постепенно, но не слишком медленно, опуская пальцы все ниже и ниже. Когда мои руки оказались на копчике, нащупывая трусы, она на мгновение застыла как вздыбленная кобыла, а затем вырвалась. Я также вскочил, но она грубо меня оттолкнула.
— Блин, Менаев, у тебя одно на уме!
Я смотрю в карамельные глаза, и хочу ее так, как никогда никого не хотел.
— Да, ты права, — отвечаю я. — Ты поселилась в моем мозге. Как я не пытаюсь, не могу тебя выкинуть оттуда.
Лена посмотрела за мою спину и ее лицо исказилось. Она рванула к столу, забирая сумочку.
— Все, хватит с нас репетиций, — и побежала на выход.
Я обернулся, думая, что ответить, но не успел — в приоткрытых дверях стоял Сидоров и ухмылялся всеми своими конопушками. Солдафон подействовал на меня, как холодный душ.
Видел ли лейтенант, что произошло? Расскажет ли об этом полковнику? С этими вопросами я остался, когда в коридоре затихли звуки удаляющихся шагов.
Глава 12. Мастера многоходовок
Джип натужно ревел по пустому шоссе, распугивая редких зайцев и куропаток в околодорожной чахлой траве. В прошлую поездку на машине отбился глушитель, а сейчас никто из пассажиров не обладал навыками механика. Придется потерпеть. Хотя, о чем это он? Гермесу нравились громкость и пафос — так пусть же весть об их прибытии разносится на десятки километров.
Он сидел спереди, а на водительском месте был чернокожий Томас — истинный сын Африки, каким-то невероятным образом затесавшийся в ряды Синдиката. Высокий, мускулистый, кудрявый и широконосый. Сзади были остальные богобратья, предоставленные в помощь: Агафон, самый бесполезный, набожный невысокий старичок, вечно бормочущий под нос молитвы, и Иоанн, крепкий, молчаливый парень с волосами цвета сливочного масла.
Они проехали половину пути, по расчетам Гермеса, и он уже отошел от последнего приступа, случившегося в гараже. Немало он их пугнул своим бредом и судорогами. Абракс и Ахамот — их нельзя было упоминать вместе, а он преступил через этот негласный закон. Что поделаешь, синдик не контролировал галлюцинации, а апостол приказал неукоснительно подчиняться странной брюнетке в парике.
Гараж под Межником пришлось посетить — нужна была машина, чтоб доехать к месту назначения. Квадролет, на котором их доставили, был слишком заметным и вызвал бы лишние вопросы. Да их легенде просто никто не поверил бы. Теперь у них был внедорожник, и все шло как надо. Единственное, — и Гермес при этой мысли снова потер лицо — во время приступа он зацепился головой за железный стол, и рассек до крови часть лица, от виска до нижней челюсти.
Фактически, все шло, как нельзя лучше, но кое-что беспокоило: на теле, в самых разных местах, стали появляться необычные розовые пятна. Они чесались и шелушились, постепенно покрываясь струпьями. Гермес пробовал содрать несколько чешуек — там было окровавленное мясо с гноем. Наверное, это было связано с гормональной терапией, возможно — с инкарнацией.
Он рассчитывал, что гниение скоро пройдет, тем более, что самочувствие было прекрасным. Тринадцатый дал обещанный отвар из волчьих ягод. Это средство помогало сдерживать духа, оказавшегося на распутье — между своим миром и мозгом Гермеса-Афродиты. Пока что снадобье, почему-то называемое египетской микстурой, не сильно помогло — приступы приходили когда угодно, в самые неподходящие моменты. Как объяснил апостол, всему виной побочный эффект обряда — черви в голове. Если не завершить Нисхождение правильно, то эти черви полностью уничтожат мозг, подобно амебам ниглериям, превратив носителя сначала в растение, а затем, и совсем погубив — а в идеале они должны были лишь стать полезными паразитами, связующим звеном между сознанием человека и другим миром, из которого происходил дух. Сам ритуал осуществлялся именно благодаря червям и элефиру, играющему роль стартера.