Путешествие Феди Карасика

Этот другой, который Гришка, был уже здоровый парень, лет четырнадцати. Чувствуя свое физическое преимущество, Гришка задирался. Ему хотелось подраться.

Два паренька, наверное, подрались бы. Но в этот момент один из них, отступив на полшага назад, споткнулся о тети-Полины вещи и полетел.

— Ха-ха-ха! — засмеялся Гришка и, избегая возмездия — уже от тети Поли, — извернулся как-то боком и винтом ввинтился с высоты причала в воду.

Тетя Поля даже ахнуть не успела, как и тот, другой, который споткнулся об узлы, тоже последовал за своим товарищем. В воду с причала полетела за мальчишками корзинка, обшитая сверху белой тряпицей. Тетя Поля эту корзинку передала, когда сходили с парохода, Феде Карасику, чтобы он помог нести вещи. Видно, Федя слишком близко поставил корзину к борту, надо было подальше…

— Они ведь, мошенники, нарочно сшибли корзину! — шумела тетя Поля, беспомощно, как курица крыльями, взмахивая руками.

А Федя Карасик осмотрелся, словно бы желая кого-то позвать на помощь. Но на пристани никого, кроме их с тетей Полей, уже не было.

— Тетка, трешницу дашь — достану корзину! — кричал из воды Гришка и скалил белые зубы.

Корзина, затонув почти по самую ручку, медленно плыла по течению у борта причала.

— Ах, гад! — рассердился Карасик. Он забегал вместе с тетей Полей по причалу, соображая, как же вызволить из воды корзину.

Гришка плавал рядом. Остальные мальчишки издалека, с берега, наблюдали с интересом, чем все это кончится.

— Пусть он, что ли, достанет, отдам я трешницу-то, — суматошно поправляя платок на голове, советовалась тетя Поля с Федей.

— Еще чего! — удивился Федя. — Они столкнули, и им за это трешницу?..

— Так как же, Федя, корзина-то?.. Там не на трешницу вещей-то…

Глянув вниз на плавающего возле корзины Гришку, Федя решительно стал раздеваться. В другой раз он, может, не стал бы связываться с противником, незнакомым и явно нахальным, но возмущению его не было границ.

— Эй, парень, утоплю ведь! — пообещал снизу Гришка. Его лохматая белобрысая голова покачивалась в воде, как кругтый большой тряпичный мяч, с которым занимались иногда Федя и его товарищи по классу на уроке физкультуры в спортзале.

— Сам не утони! — звонким от возбуждения голосом ответил Карасик.

Корзина тем временем уже почти подплыла к корме, с которой в воду было опущено большущее бревно. Федя не знал, зачем это бревно опускают в воду, он почти на каждом причале видел такие. Возле причала, под этим бревном, и должна была сейчас проплыть тети-Полина корзина.

Федя, оседлав гладкое, обкатанное бревно, стал по нему спускаться, не обращая внимания на Гришку.

— Сопляк, — орал Гришка, — за ногу стащу! — Корзину он почему-то не трогал, видно, побаивался: все-таки чужая вещь, а чужую вещь в руки брать — дело опасное.

Федя уже спустился почти к самой воде и дожидался корзину И тут Гришка, подплывший сзади, ухватил его и дернул за ногу.

— Эй, салажонок, сматывай удочки…