Даркут. Великий перелом

Когда Аитбек закончил ужин, крики в ущелье умолкли. К навесу главы рода кахасков подъехал пожилой даркут из тэйпа джарчиутов. Гаур черного цвета под ним злобно бил о землю копытом.

– Эй, Аитбек! Мой сын сегодня пронзил копьем всех соперников. Этого достаточно, чтобы выбрать его зятем. Даже каан выбирал зятя из числа победителей состязаний. А ты поставил себя выше каана. Выдумал невыполнимое испытание. Если мой сын погибнет, я брошу тебе вызов.

Архар двинулся к джарчиуту, но Аитбек остановил его.

– Почтенный Убар, твой сын мог отказаться от испытания. Его никто не принуждал.

– Ты усомнился в их храбрости. Что это, если не принуждение?

Алтыншаш спросила вполголоса, продолжая расчесывать волосы:

– Это который его сын? Пугало или Козлиная борода?

Аитбек махнул рукой, приказывая молчать. Сказал пожилому жарчиуту:

– Умерев в бою с мегатерией, твой сын попадет в Верхний мир и будет сидеть у престола Тэйанга. Это ли не высшая доблесть для воина? Чего еще ты желаешь, Убар?

– Я хочу, чтобы мой сын… – начал Убар и замолчал.

С ущелья ехали люди. Много всадников. Зрители, что наблюдали за схваткой. Передние подскакали к навесу и бросили на землю три истерзанных трупа.

– Что с мегатерией? – спросил Аитбек.

– Опять залезла на сосну, – ответил один из всадников.

Убар наклонился к одному из тел. Когти мегатерии почти разрубили его пополам. Убар перевернул верхнюю часть мертвого юноши на спину и поцеловал в лоб. Вся долина молчала.

Сквозь толпу протиснулись родичи других юношей и подошли к телам. Расстелили ковры, чтобы завернуть погибших воинов.

Убар выпрямился, посмотрел на Аитбека и сказал:

– Когда похороню сына, приду к тебе.

Аитбек кивнул.

Со стороны Серого ущелья снова послышались крики. Сначала далекие, затем все ближе. Вся долина пришла в движение.

– Что случилось? – спросил Аитбек.

Подскакал еще один всадник. Закричал, указывая в сторону ущелья:

– Скорее! Я никогда подобного не видел!

Сквозь рев толпы слышались мелодичные и нежные трели чибизги. Гауры встали на дыбы.

– Этого не может быть, – сказал один из тех всадников, что привезли трупы юношей.

Аитбек вышел из-под навеса, раздвинул толпу и вгляделся вдаль.

– Что там, отец? – спросила Алтыншаш.

Аитбек тоже сначала не поверил глазам. Юродивый шел по долине и весело играл на чибизге. Плясал в ритм музыки, вертел задом и выбрасывал ноги. За ним, покачиваясь, ползла на полусогнутых лапах гигантская мегатерия. Все тело покрыто коричневой шерстью, голова рыжая. Всадник едва достал бы ей до груди.

Люди расступались перед ними. Юродивый дошел до Аитбека, прекратил играть и закричал, махая чибизгой:

– Я победил зверя. Я победил зверя.

– Ты это о чем? – спросил Аитбек.

– Я одолел зверя, – сказал дурачок. На тощем лице светилась улыбка. Показал на Алтыншаш. – Отдавай ее.

Мегатерия замерла за его спиной.

– Ты с ума сошел? – спросил Аитбек, а затем понял, что дурачкам бессмысленно задавать такие вопросы.

– А ведь он прав, Аитбек, – заметил Убар. – Он одолел мегатерию. Отдавай ему дочь.