Легенды Отрезанного Простора (СИ)

— Ты сторожишь Змея Хаоса на луне. В Вермело. И я должен по-настоящему попасть на луну? Так хочет Марквин… но, может, я успею спасти Даду в Вариюде? Тогда Марквин не попадёт на луну к тебе и Змею, — заключил Адхи.

— Не попадет, верно. Если сможешь спасти брата из дворца Марквина, то хорошо. Но, боюсь, Марквин позволит тебе добраться до себя и своих пленников, только когда ты найдешь способ открыть «прокол» в Вермело. Он чего-то ждет, — объяснил Белый Дракон. — Возможно, желает, чтобы ты достиг баланса отчаяния и надежды, который бы позволил открыть коридор из белых линий, но и не затворил бы его от Разрушающих. Поэтому тебя постоянно кидают от одной невероятной ситуации к другой. Он придумывает все новые испытания. И следит за нами обоими.

— Сколько у меня времени? — сгорбился Адхи, озираясь по углам жилища в поисках наглых глаз без лиц или парящих в воздухе ушей. Отчего-то сознание рисовало в полусне самые невероятные образы. А какие еще возможно? Все вокруг делалось все более странным и невообразимым с каждым днем. Теперь он и вовсе сидел напротив человеческого воплощения легендарной сущности, которая таковой себя явно не считала.

— Сложно сказать. Марквин ждал и пока в тебе не разочарован, — протянул Белый Дракон. — Похоже, он сам назначит время, когда ты должен попасть к нему.

— Вот еще надо очаровывать лиходея проклятого. И по правилам его играть! Постыло мне это! — стукнул по столешнице Адхи.

— Как и мне. Но от него зависят жизни твоего брата и бывшего друга. Если Марквин признает тебя безнадежным, он начнет учить — мучить — Даду. У вас обоих склонность к магии «проколов».

Белый Дракон говорил серьезно, временами ероша и приглаживая черные волосы. Совершенно обычным человеческим жестом. Таким же обычным жестом он очищал корнеплод, так же и ел. Только к яблокам не притрагивался… И его «обычность» пугала тем, что великий хранитель Миров Хаоса тоже не ведал наверняка, что ждет их всех в будущем. Не догадывался и о том, что задумал Марквин Сент.

— Нет! Я не допущу этого! — жарко пообещал Адхи. — Значит, я должен открыть «прокол» в Вермело… И сделать это, когда достигну большой юрты Марквина. Но это же ловушка! Он выпустит Змея Хаоса!

— Иногда надо войти в ловушку, чтобы победить.

— Но как? Где искать «прокол» на луну? Вроде я уже здесь, но я не здесь, — растерялся Адхи.

— Пока вам надо добраться до столицы, — рассуждал Белый Дракон. — Марквин хотел похитить Чигусу, чтобы поторопить вас, получить нового заложника, и чтобы снова испытать твою силу. Полагаю, портал на луну сможете открыть только вы вместе: ты, Чигуса, Хорг и, вероятно, Дада.

— Марквин ждет, когда я получу полный контроль над силой… ты знаешь, когда это случится?

— Откуда бы? — несколько сварливо вскинул брови Белый Дракон. — Все зависит от тебя.

— Сила… путь… ловушка… Мысли путаются от всего этого, — сдавил виски Адхи.

— Да, все непросто. Змей Хаоса слишком долго захватывал души запутавшихся в обмен на силу и власть. Марквин стал такой же жертвой, в конце концов. Когда-то он верил в величие науки, — глухо ответил собеседник.

— Я не позволю ему выпустить Змея Хаоса! Ведь по легенде… ты… ты гибнешь в битве с ним, — всхлипнул Адхи, не в силах представить, что потеряет наставника. Но тот только нахмурился и покачал головой.

— Еще раз: тот Белый Дракон и впрямь погиб, — серьезно и настойчиво отозвался он. — И это был не я. А Змей… он уже другой. Веди Марквина на луну. Да, в Вермело снова будет битва, да, тебе придётся сражаться. С Хоргом наверняка, с Марквином — надеюсь, помогу. Но иначе не победить. Ты заберёшь Даду, а он похитит другого ребёнка с даром из другого мира.

Адхи слышал о пути принятия судьбы, о том, что иногда поток половодья столь силен, что нет иного пути — только следовать вдоль движения ревущей воды. Так рассказывал шаман Ругон про жизненные невзгоды, так утешал родителей после смерти сестры. Адхи уяснил одно: порой ужасные вещи происходят, им невозможно помешать. Привычную жизнь сметает волна, но нельзя идти на дно.

— Я понимаю. Это мое испытание. И только мое. Значит, луна. Покинутый город Вермело.

Сон рассеивался, Белый Дракон распадался сонмом сияющих линий, а Вермело уносился кружащейся чередой улиц и домов.

— Эй, просыпайся! У нас еще долгий путь, — донесся голос то ли Ледора, то ли Аобрана. Кудесники уже задали корм лошадям и птицам, а сами доедали остатки вчерашней каши на завтрак. Гречневая крупа от барина оказалась непривычной, но на удивление приятной на вкус. Наверное, представление и впрямь повеселило его.

— Уже утро? Как же так! Я ведь только заснул, — зевая и вздрагивая, спросил Адхи, не ощущая себя отдохнувшим. Он надеялся подремать в течение дня, без видений, без тяжелых разговоров с Белым Драконом.

Похоже, он достиг новой ступени контроля над силой, но в этот визит, пугающе осязаемый и долгий, не получил ровным счетом никакой полезной информации. Они просто сидели за столом и вместе строили версии. Похоже, легенды и впрямь лгали: этот Белый Дракон вряд ли творил целые миры.

Адхи вспоминал печальные задумчивые глаза наставника, в глубине которых таилась необъяснимая сила, непоколебимость. Но одновременно и надломленность. Белый Дракон расколотых миров… Возможно, на долю его нового воплощения выпало не творение миров, а собирание осколков, исцеление искаженных Змеем Хаоса душ. И вера Адхи в легенды шамана Ругона осталась неизменной.