Тысяча незабываемых поцелуев (ЛП)
- Автор: Коул Тилли
- Год: 2016
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Тысяча незабываемых поцелуев (ЛП)». Краткое содержание книги:
Но тысяча поцелуев могут продлиться целую жизнь.
Она снова открыла глаза.
— Этот момент я проигрывала в голове, когда мне было больно. Я думала об этом, когда ускользала, когда начинала бояться. Потому что в этот момент я испытала ту любовь, которую бабушка отправила меня искать, дав эту банку с тысячью поцелуями. Момент, когда ты знаешь, как сильно ты любим, что ты центр чьего-то мира, так прекрасен, что живешь... даже если это длится короткое время.
Держа бумажное сердце в одной руке, я потянулся другой рукой и притянул запястье Поппи к своим губам. Я прижался в небольшом поцелуе к ее пульсу, чувствуя, как он трепещет под моим ртом. Она резко выдохнула.
— Никто больше не целовал твои губы, кроме меня? — спросил я.
— Нет, — сказала она. — Я обещала тебе это. Хоть мы и не разговаривали. Хоть я и думала, что больше тебя не увижу, я не нарушила свое обещание. Эти губы твои. Они всегда были только твои.
Мое сердце пропустило удар, освободив ее запястье, я поднял пальцы и прижал их к ее губам — губам, которые она подарила мне.
Дыхание Поппи замедлилось, когда я прикоснулся к ее рту. Ее ресницы затрепетали и щеки покраснели. Мое дыхание ускорилось. Ускорилось, потому что я имел право собственности над этими губами. Они все еще были моими.
Навечно и навсегда.
— Поппи, — прошептал я и наклонился к ней. Поппи замерла, но я не поцеловал ее. Я не мог. Я видел, что она не могла прочитать меня. Она не знала меня.
Я едва узнавал самого себя в эти дни.
Вместо этого, я прижал губы к своим пальцам — все еще неподвижным на ее губах, образовывая барьер между нашими ртами — и просто вдохнул ее. Я вдохнул ее запах — сахар и ваниль. Моё тело было возбуждено просто от нахождения рядом с ней.
Затем мое сердце раскололось надвое, когда я отодвинулся, и она спросила с горечью:
— Сколько?
Я нахмурился. Я осматривал ее в лицо в поисках подсказки, что она имела в виду. Поппи сглотнула, и в этот раз она прижала пальцы к моим губам.
— Сколько? — повторила она.
В этот момент я точно понял, о чем она спрашивала. Потому что она смотрела на мои губы, как будто они были предателями. Она уставилась на них, как будто они что-то, что она когда-то любила, потеряла и никогда не вернет назад.
Во мне пробежал холод, когда Поппи убрала свою дрожащую руку. Ее выражение лица было сдержанным, дыхание затаилось в груди, как будто защищаясь от того, что я скажу. Но я ничего не сказал. Я не мог, этот взгляд на ее лице убивал меня.
Поппи выдохнула и сказала:
— Конечно, я знаю об Эйвери, но были другие в Осло? Я имею в виду, я знаю, что были, но их было много?
— Это имеет значение? — спросил я низким голосом. Бумажное сердце Поппи все еще было у меня в руке, значимость этого почти обжигала мою кожу.
Обещание наших губ.
Обещание половинок наших сердец.
Навечно и навсегда.
Поппи начала медленно трясти головой, но затем ее плечи резко опали, она кивнула один раз.
— Да, — прошептала она, — это имеет значение. Это не должно. Я освободила тебя. — Она опустила голову. — Но это имеет значение. Больше, чем ты можешь понять.
Она была неправа. Я понимал, почему это так много значило. То же самое было и для меня.
— Я был далеко долгое время, — сказал я. В этот момент я понимал, что злость, которая держала меня пленником, забирала контроль. Какая-то больная часть меня хотела сделать ей больно, как она сделала мне.
— Я знаю, — согласила Поппи, медленно опустив голову.
— Мне семнадцать, — сказал я. Глаза Поппи взметнулись ко мне.
Ее лицо побледнело,
— Ох, — сказала она, и я мог слышать каждый оттенок боли в этом коротком слове. — То, чего я боялась, правда. Ты бы с другими, в интимном плане... так, как был со мной. Я... я просто...
Поппи переместилась на край, но я вытянул руку и поймал ее за запястье.
— Почему это имеет значение? — потребовал я и увидел, что ее глаза блестели от слез.
Гнев внутри меня слегка потускнел, но вернулся, когда я думал об этих потерянных годах. Годы я тусовался и пил, чтобы прогнать свою боль, в то время как Поппи была больна. Из-за этого я почти затрясся от ярости.
— Я не знаю, — сказала Поппи, а затем потрясла своей головой. — Все это ложь. Потому что я знаю. Потому что ты — мой. И, несмотря на все это, на то, что случилось между нами, я хранила тщетную надежду, что ты сдержишь свое обещание. Что это значит многое и для тебя. Несмотря на все, что произошло.
Я убрал руку с ее запястья, и Поппи встала на ноги. Она направилась к своей двери. Как только она потянулась к дверной ручке, я тихо сказал: