За волной океана

— Или на подводной лодке, — добавил Стенли. — Если я не ошибаюсь, вы служили на флоте, плавали на субмарине, не раз выходили в море через торпедный аппарат, плавали с аквалангом, не так ли?

— Я предпочитаю все же судно. Пусть это будет сейнер или траулер. Человек я закаленный и мог бы доплыть до берега в специальном снаряжении.

— Хорошо, мы учтем ваше желание, — согласился с доводами Шранке Стенли. — Теперь поговорим о главном.

«Сам не едет в Россию, меня посылает», — с неприязнью подумал о своем шефе Шранке.

Зауер прошелся по кабинету и пообещал прислать Шранке миниатюрную, новейшего образца радиостанцию, напутствуя, как следует подготовить поездку Дракона в Москву. «Знаю, что дело это не простое, можно и на чекистов нарваться, — говорил Зауер. — Но ты лучший мой агент, и я верю в твои способности. Твой риск солидно оплатится. Получишь куш долларов, купишь виллу, новую машину... Будешь с Эльзой пляжиться на райских берегах Адриатики».

В комнате Феклы послышался скрип кровати, потом Шранке услышал чьи-то шаги. Привстал на локтях, настороженно спросил:

— Феклуша, ты?

— Да, — сонно отозвалась хозяйка. — В горле пересохло, пойду на кухню выпью воды. А ты, Петрас, чего не спишь?

— Думаю.

Фекла напилась воды, снова легла, но уснуть никак не могла. Она лежала в одной рубашке, разморилась, исходя истомой, но пойти в комнату гостя так и не решилась. Мало она его знает, ох как мало! Завтра, быть может, сама обнимет его и поцелует. «Я не сучка, чтоб вот так, с первого вечера... Тут все должно идти от сердца...»

И вдруг гость заговорил во сне, Фекла страшно удивилась. Говорил он по-немецки, как будто с кем-то спорил. Фекла поняла лишь одно слово — шнель, значит быстрей. И еще он звал какую-то Эльзу. Фекла встала, на цыпочках подошла к двери комнаты, где спал Шранке, прислушалась. Поночевщик шумно заворочался на кушетке, что-то пробурчал во сне и затих. Хозяйка вернулась к себе, села на край кровати, задумалась. Кто он, Петрас Грейчус?

Рано утром, едва забрезжил рассвет, Фекла стала собираться на работу. Гость еще спал. Она подошла к нему:

— Петрас, ты слышишь? Я пошла. Завтрак на кухне. Приду поздно. Если куда пойдешь, закрой квартиру.

Едва Фекла закрыла за собой дверь, Шранке вскочил с кровати и бросился к окну. Хозяйка шагала по улице быстро, спешила к причалу, куда вот-вот подойдет рейсовый катер.

«Надо было ее предупредить, чтобы никому на судне не болтала обо мне, — спохватился Шранке. — Впрочем, лучше промолчать. Не станет же она хвалиться, что привела в дом мужика».

Шранке умылся, попил чаю, размышляя, куда ему пойти, то ли к Горбаню домой, то ли наведаться в колхоз. Он не торопился, потому что шифровку шефу отослал ночью, воспользовавшись катером бухгалтера. Рацию он положил в кожаную сумку и спрятал в гроте, завалив вход камнями. Очередной сеанс связи предстоял через сутки. Так было условлено с шефом. Шранке потянулся до хруста в суставах.