Бескрылая птица (СИ)

Слова племянницы заставили леди Крэнфорд смирить свой гнев и даже почувствовать укол совести за то, что, не выслушав Вивиан, она накинулась на нее с упреками.

— Это похвально. Надеюсь, букет получился красивым? — мягко сказала она. — Но я хочу поговорить о твоем поведении.

— Моем поведении? — приподняла брови Вивиан. — Не понимаю, о чем вы, тетушка.

Несмотря на то, что мистер Дэрбинелл мне отвратителен, я пришла в холл. Что еще вы от меня потребуете?

— Я ценю твое послушание, Вивиан, но, ради Бога, сотри с твоего красивого личика это отвращение и улыбайся поклоннику.

— Это свыше моих сил. Я не умею лицемерить и улыбаться тогда, когда все мое естество трясет от омерзения, — парировала Вивиан. Но она лукавила, ведь лицемерие было одним из многих ее талантов.

— Тогда хоть попытайся. Мистер Дэрбинелл отменил важную встречу в банке, чтобы увидеть тебя сегодня. Он влюблен в тебя, как мальчишка.

— Как жаль. Но я не звала его, и его любовь мне противна.

— Упрямая девчонка! Вся в свою мать! — не выдержав, тихо воскликнула леди Крэнфорд.

— Благодарю, тетушка, для меня это комплимент, — сухо бросила Вивиан. Ее лицо оставалось все таким же бледным, но в ее груди родился огонек гнева, который разгорался все сильнее с каждым новом словом тети Беатрис.

— Хорошо. Раз ты не хочешь идти на уступки и довериться мне… Вивиан! Этот мужчина будет осыпать тебя драгоценностями и носить на руках! Тебе всего-то нужно родить ему наследника! — Леди Крэнфорд грубо схватила племянницу за предплечье и приблизила свое лицо к ее лицу. — Ты будешь выполнять мои приказы, или, клянусь, я сегодня же отправлю тебя в твой родной захолустный Кэстербридж!

Эти слова подействовали на бедную Вивиан как ушат ледяной воды: она застыла, ее губы крепко сжались, а лицо превратилось в неподвижную белую маску.

— Так вот как вы заботитесь обо мне, тетя! — с горечью в голосе сказала она. Ее голос дрожал, а глаза повлажнели: только что ее родная тетя, о которой мать Вивиан рассказывала столько хорошего, решила так открыто шантажировать ее и заставить быть с мистером Дэрбинеллом, с этим ненавистным ей мужчиной, мягкой и очаровательной.

«Господи, как я ненавижу ее… Гадкая, презренная старуха! Своего сына она никогда не женила бы на старой жирной уродине! Но, конечно, кто я для нее? Нахлебница! Та, от которой нужно избавиться! И чем только я ей не угодила? Неужели она думает, что я пытаюсь очаровать Энтони и выйти за него замуж? Как будто он мне нужен!» — вскрикнула Вивиан в душе, но идти наперекор тете и ее угрозам, не могла. У нее не было никакого выбора, кроме как подчиниться и надеть на лицо фальшивую улыбку.

— Вивиан, пойми: ты бедна! Твой отец не дает за тобой никакого приданого! — холодно парировала племяннице леди Крэнфорд. — Мистер Дэрбинелл намекнул мне, что согласен взять тебя в жены без единой претензии на твое приданое, а когда я объяснила ему, что никакого приданого у тебя и нет, он ответил, что для него это не важно! Все, что ему нужно от тебя — твои юность и красота. Перетерпеть пару ночей в супружеской постели ты сможешь. Не умрешь! Родишь ему сына, и он будет исполнять все твои прихоти…