Древнегреческий для скептиков
- Автор: У. Дарья
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Древнегреческий для скептиков». Краткое содержание книги:
На улице Пол так уверенно взял её за руку и повёл за собой, что Дельфинова безропотно поднялась на третий этаж и зашла в квартиру. И только теперь до неё дошло, насколько это неловко. Пятница. Поздний вечер. Она дома у коллеги, очень симпатичного коллеги, надо заметить. Ещё и навязалась таким бесцеремонным образом.
— Ох, извини меня. Ты же куда-то шёл, когда я набросилась на тебя со своими проблемами, — пробормотала она, отводя глаза, — Дай мне несколько минут. Я приведу себя в порядок и вызову такси.
Но Катракис лишь отмахнулся:
— Никаких важных планов у меня не было. Как говорится… — и задумавшись на мгновение, добавил на русском, — Не болтай ерундой. Правильно?
Алина прыснула.
— Правильно. Если сильно болтать ерундой, она может отвалиться.
— Кто может отвалиться? — Пол в недоумении уставился на неё.
— Ерунда. Она обычно очень плохо приделана, — и Дельфинова нервно захихикала.
— Ну вот, уже лучше, а то на тебе совсем лица не было, — тоже улыбнулся он, — Хоть я и не понял ничего из того, что ты сейчас сказала.
Катракис направился прямо по коридору в сторону кухни, ещё раз повторив:
— Давай же, проходи. А я пока чайник поставлю.
Всё еще глупо улыбаясь от пошловатой оплошности иностранца, путающегося в русской грамматике, Алина решила, что ей не помешает воспользоваться советом и умыться. Она включила свет в ванной комнате, вошла, плотно прикрыв за собой дверь, и застыла, увидев своё отражение в большом овальном зеркале над раковиной. Девушка, смотревшая на неё из глубин зазеркалья, выглядела немного безумно. Сбившиеся волосы, подсохший кровоподтёк на виске, неадекватная улыбка. Но самое удручающее впечатление создавал сумасшедший взгляд.
Уголки губ сами собой поползли вниз, как только на Алину наползла мутная пелена осознания событий последних двух дней. Как будто мало ей было проблем? Обман, предательство, унижение, увольнение… Теперь еще и этот агрессивный психопат! Хотя как раз к его бедам она не имела совершенно никакого отношения. Просто по касательной задело. Но нет же, из всех сотрудников деканата индус выбрал именно её. А вдруг он снова будет где-нибудь поджидать?
Силы покинули Дельфинову так резко, будто внутренний бармен, до сих пор исправно угощающий её бодрящим коктейлем из скептического оптимизма и наивной веры в будущее, свалился от ковида. Хотелось тоже свалиться, а еще лучше сползти по стенке и, сжавшись в клубок, поскуливать на коврике. Но в чужой ванной комнате таким непотребством заниматься было неловко, поэтому Алина лишь облокотилась на край раковины, закрыла лицо ладонями и замерла, отрешившись от окружающей действительности.
Через некоторое время дверь ванной приоткрылась, и в просвет осторожно заглянул Пол. Вероятно, он предварительно стучал, но на том дне, где сейчас пребывала Дельфинова, звуков не было слышно.
— Ты в порядке?
Она отняла руки от лица и потерянно взглянула на мужчину.
— Не знаю… Я… Просто…
От нежного участия, отражавшегося у него на лице, в глазах у неё защипало, и она часто заморгала, пытаясь сдержать навернувшиеся слёзы. Не помогло. Долго копившееся напряжение, наконец, нашло выход и влажными дорожками стало изливаться наружу. Алина молчала, но было заметно, что её начинается потряхивать, что было верным признаком приближения нервной истерики.
— Да что ж такое?! — шутливо возмутился Катракис, — Стоило на пять минут отлучиться, и ты снова расклеилась.
Он одним плавным движением очутился рядом, хотя дело тут вероятно было не в его несравненной пластике, а в небольших габаритах ванной комнаты. Притягивая Алину к себе одной рукой, Пол аккуратно провел согнутым пальцем по щекам, вытирая мокрые дорожки. Внезапно он наклонился и быстро поцеловал её в закушенные губы, а затем отстранился и замер. Судя по выражению его лица, профессор и сам был шокирован своим поступком. Нерешительность его впрочем длилась недолго, и уже в следующую секунду, словно приняв для себя решение, он стал осыпать лицо девушки быстрыми невесомыми поцелуями.
Сначала Алина никак не реагировала, воспринимая ситуацию словно через завесу тумана — отстраненно и едва различимо. Потерявшись в лабиринте собственных переживаний, ей потребовалось некоторое время, чтобы найти выход. Поцелуи стали той самой путеводной звездой, нитью Ариадны, а точнее Аполлона. Происходящее было так неожиданно, и в то же время так невероятно интимно. Как будто прикасаясь к ней губами Пол разделял её страхи и печали, забирая часть их себе. И с каждым легким поцелуем тяжесть в груди становилась всё меньше и меньше, пока в освободившемся пространстве не вспыхнула ответная искра.