Запрещенные письма [0,5][ЛП]

Девина все еще лежала с закрытыми глазами и прикрыла рот рукой, когда снова зевнула.

— Ты хочешь дать мне свою сперму?

— В любое время.

— Хм, мы должны использовать это в книге. Марк мог бы сделать Дейдру беременной, как в старые добрые времена. Это хорошо вписалось бы в жанр романтики, но мне пришлось бы написать книгу под псевдонимом, иначе читатели были бы очень недовольны.

— Почему?

— Из-за… ты знаешь…

Я слегка приподнял голову.

— Нет, не знаю.

— Клиники гарантируют результат. Они следят за тем, чтобы у ребенка не было никаких нежелательных хромосом, которые могли бы привести к мутациям и тому подобным вещам.

— А… — я снова опустил голову ей на живот. — Я все еще предпочитаю старомодный способ создания жизни. Мысль о том, чтобы оплодотворить женщину, больше всего возбуждает любого мужчину. Если бы ты позволила мне быть отцом твоего ребенка, я был бы самым счастливым человеком на земле.

Я ждал ее ответа, но тяжелое дыхание подсказало мне, что она заснула.

Было что-то волшебное в том, чтобы находиться в одном из моих любимых мест в мире с великолепной женщиной, которая доверяла мне настолько, что засыпала рядом со мной.

Она боялась меня после своего первого визита, но то, что мы написали вместе, и часы, проведенные на турнире, заставили ее расслабиться.

Испугавшись, что моя голова слишком давит на живот Девины, я повернулся и лег на спину рядом с ней. Она выглядела умиротворенной, ее грудь поднималась и опускалась с каждым глубоким вдохом. Ее губы были слегка приоткрыты, и, находясь так близко к ней, я мог видеть, как длинны на самом деле ее темные ресницы.

Было заманчиво провести пальцем по ее переносице, как я делал с Уилмой, когда она была маленькой, но я ограничился тем, что взял Девину за руку, как она меня просила.

Закрыв глаза, я отдался умиротворяющему спокойствию журчания и плеска ручья, чириканья птиц вдалеке, и этому успокаивающему шелесту древесных крон, слегка покачивающихся от ветра.

— Спасибо, — тихо пробормотал я, потому что, хотя Девина крепко спала и не слышала меня, в моем сердце возникло глубокое чувство благодарности за то, что она была здесь со мной.