Теория убийства [litres][Murder Theory]
- Автор: Мейн Эндрю
- Серия: Охотник #3
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-133378-2
- Переводчик: Алексей Владимирович Попов
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Теория убийства [litres][Murder Theory]». Краткое содержание книги:
Под стражей находится судебно-медицинский эксперт в состоянии шока, не проявляющий агрессии. Магнитно-резонансная томография его мозга показывает нечто необычное. Что же заставило его совершить убийство?
Вскоре доктор Крей обнаруживает таинственного человека, посещающего места преступлений. Его новый враг обладает не менее великолепным интеллектом, чем сам Крей, и так же патологически одержим…
Он поднимает руку, чтобы я не начал возражать.
— Нет, я не говорю, что вы сделали это специально, но если взглянуть на факты, то единственное связующее звено — это вы. Вы, доктор Крей. Я думаю, что вирус, что вы нам отправили, в худшем случае — что-то вырвавшееся на свободу в вашей лаборатории. В лучшем случае — и это я очень льщу вам, — вы действительно обнаружили что-то новое. — Но все же более вероятно, что нечто подобное могли создать только вы сами — с вашими инструментами и ресурсами, не доступными на открытом рынке. Таких возможностей нет даже у нас. Слава богу, эта штука не заразна. В противном случае я бы уже делал все возможное, чтобы вашу лабораторию прикрыли и начали расследование ее деятельности. Пока это выглядит как неудавшийся эксперимент. Возможно, вирус синтезирован, чтобы привлечь внимание, а потом получить деньги на создание антидота. Снова доблестный доктор Крей выручает бестолковых бюрократов из правительства.
— Это официальная позиция ФБР? — со вздохом спрашиваю я Николсона.
— Ее нет как таковой. Если не считать обвинений в ваш адрес, доктор Уорнер представил нам очень убедительные доводы.
— И вы не обратили внимания на эту «не связанную с работой травму, которая ухудшила состояние»? Уорнера позвали, чтобы очистить имя и репутацию ФБР, хотя в этом нет необходимости, — предвидеть произошедшее было объективно невозможно.
— Я понимаю, что вы хотите сказать…
— Нет, не понимаете, — обрываю я его. — И, если уж откровенно, вы сейчас пытаетесь принять решение о научном вопросе, в котором совершенно не разбираетесь. Но начальство выдало вам эксперта, который говорит, что я некомпетентен. Так что теперь все, что я говорю, вам официально разрешено проигнорировать.
— А разве не в этом роль настоящего эксперта, — вмешивается доктор Уорнер, — сказать менее информированным людям, кому можно верить, а кому нет. В нашем случае это я здесь официально назначенный правительством эксперт. Не значит ли это, что мое мнение более весомо?
— Может, и значило бы, если бы в нем было хоть зерно здравого смысла. Вы себя-то слышите? Эксперт — это ученый. Мы не говорим, мы информируем. И уж тем более как ученые мы не имеем права говорить, во что верить. Мы рассуждаем о фактах, которые вероятны с научной точки зрения.
— Спасибо за лекцию. А вы сами не хотите прислушаться к своим советам?
— Уже прислушался. Мы изучили вирус в моей лаборатории, а потом отослали Льву, чтобы он дал независимую оценку. И теперь я прошу Центры провести расследование на наличие следов вируса на других местах преступления, а подозреваемых проверить на наличие симптомов.
— Хотел бы я, чтобы у нас хватало сил и возможностей проверять все подряд предположения. Но, к сожалению, их нет. Спасибо, что нашли время приехать. И примите личный совет — перепроверьте собственную лабораторию на предмет смешения образцов.
Мне хочется его ударить.
— А что Галлард? — спрашиваю я Николсона.
— Он больше не работает по этому делу, его отозвали в Вашингтон, — тихо отвечает Николсон.
— Понятно.
Все это очень, очень плохо.
Глава 25
Точка отсчета
— А вы тот еще сукин сын, — слышу я голос Галларда в телефонной трубке.
Я сижу на автобусной остановке и смотрю на проезжающие мимо машины, отбрасывающие длинные темные тени в лучах заходящего солнца. Надвигающиеся мрачные сумерки вполне соответствуют моему настроению. Галларду я позвонил от безысходности, чтобы хоть с кем-то обсудить произошедшее. Его приветствие не грубость, а констатация факта.
— Да, да, я в курсе, мне говорили, — отвечаю я.
— Вот. И главное, когда вас узнаешь поближе, ничего не меняется. Вы так и остаетесь сукиным сыном, но к вам как-то привыкаешь, как, знаете, к какому-нибудь великому, но эксцентричному режиссеру. Если честно, сначала вы и вовсе вызывали у меня только отвращение. Очередной дилетант, который будет указывать нам, как и что делать. Потом я понял, что вы великолепны в своей области и что у вас свой подход, который мы не можем себе позволить, оставаясь в рамках правоохранительной системы.
— Я, знаете ли, не народный мститель, — парирую я.
— Это вопрос дискуссионный. Но важно сейчас то, что мне приходится отчитываться перед другими людьми. Большинству из нас приходится. Николсон, Вельц… Проблема не в них. Они лишь симптомы болезни. И они могут высунуться не так уж далеко, прежде чем получат по голове. У вас этой проблемы нет.
— Ну, я больше не преподаю, после того как высунулся слишком далеко.
— Но закончилось-то все для вас весьма неплохо. У нас все обычно намного хуже.