Все своими руками! Хозяйственные будни оруженосца

Это был боковой вход в нечто, что можно было бы назвать кухней. Основной или запасной — я не разобралась, но здесь были выемки под разные продукты, печь — неработающая и, откровенно говоря, не сразу в том закопченном большущем блоке можно было ее опознать, а еще какое-то подобие бассейна, куда крошечным ручейком стекала вода, немного задерживалась и сливалась куда-то дальше.

Хьюберт сидел на бордюрчике и напевал. Посуда с тряпкой и песком валялась уже в воде, возможно, даже помытая, все же едой не пахло. Впрочем, занят Хьюберт сейчас был явно не самым полезным делом. У него в полном разгаре был сеанс ухода за руками.

В руках у него был кусочек какой-то тряпицы и короткий ножичек — вот и весь маникюрный набор, но ему хватало. Периодически Хьюберт вытягивал руку, растопырив пальцы, и любовался, потом с новыми силами бросал себя на полировку того или иного ногтя. С мозолями у него тоже был разговор короткий — он мазал ладони чем-то… Почему чем-то?! Смальцем он их и мазал, скотина!

А я как бы между делом на свои руки посмотрела — черные, в земле, натруженные — и такая злость взяла.

— Вот, значит, что такое рыцарь короля, да? — гаркнула я так, что Хьюберт чуть в воду не свалился, но наглости это его не лишило. Он картинно приподнял бровь.

— Я помыл посуду, — указал он пальцем на котелки.

— А дальше?! — озверела я. — Я же сказала, на все у тебя четверть часа!

— Ну так четверть часа прошла, а ты не появилась, — с невинной мордой пожал он плечами. — Я посчитал, что имею право делать то, что мне нужно. Ты же делаешь то, что нужно тебе.

— То есть копаю я только для себя, да? — и не возьмешь же его за космы, не потянешь за собой. Просто потому что у нас габариты разные. И так бы я уже приложила ладонь к лицу, если бы руки не были в земле. Но приходится выдохнуть.

Ничего, подобное я уже проходила в своей жизни. Куча народа есть такого — пока не пнешь, не полетит. Они будут создавать очень активно видимость работы, да такую, что и сама поверила бы. Они в этом профи. А вот ягодицы поднять и показать результат — это уже слишком, ради такого нужен надсмотрщик с палкой или хотя бы система дельная поощрений и наказаний. Увы, чаще среди этого брата все же наказаний… Поощрения многие любят считать чем-то само собой разумеющимся.

— Так, задницу поднял и за лопату становись! Чтобы когда солнце будет на высоте ограды замка, я увидела ровный прямоугольник пять шагов в ширину, длина там уже есть, и хранилище! Кто не работает, тот не ест!

— Но если не есть, то и работать сил не будет, — ввернул Хьюберт что-то логичное, но мне сейчас ой как невыгодное. И сапогом здесь не пригрозишь, все же важно, чтобы он сам дошел, своим мозгом, что еда не может появляться ниоткуда. Что нельзя просто всегда переодеваться в монаха и есть на халяву. Лучше бы иметь твердую стену в виде натурального хозяйства, нормально отстроенного замка, отличных товарно-денежных отношений с селянами и так далее… А, и отсутствие преследования со стороны закона не помешало бы. Но это уже вопросы к закону и монаршим особам, а также к матримониальным планам самого Хьюберта.