Инициация

— А если внятнее? — намекнул димп.

— Заткнись, — яростно оскалился бородач и, тем не менее, привнес в разговор ясности: — Здесь ничейная территория, сечешь? Выгодная позиция для нашего лагеря. Рядом среднего достатка земли Фадассы, Эстебы, Горнории и Лаги, выбирай любое и нагибай. А они в ответ ни-ни — ввод армии на пограничные земли испокон веков считался дурным тоном. Так было, пока я сильно не клюнул Эстеб в прошлом месяце — увел продовольственный обоз и четыре торговых каравана, с одним из которых некий влюбленный идиот отправил дочери эстебского повелителя свадебные подарки. — Кронус хохотнул. Раскаты грома заглушили смех. — Да с хрена коза упала, юнцы обретут счастье и без золотых диадем. Но нет, честь там, кодекс — Эстеб собрал войско и двинулся в поход на меня. Дурачье!

— И что теперь?

— А ничего. Стратис никуда не денется.

Кронус остановился возле ряда телег, занятых собранной на поле амуницией. Вояки добро на произвол судьбы не бросали, в некоторых транспортах, помимо пригодной экипировки, Николай заметил части иссеченных лат. Кронус продолжил:

— Месяцев через пять наберу новый отряд и возьму проклятый городок.

Фанатизм собеседника Охотника беспокоил мало. Чего нельзя сказать о мокрой рубахе и хлюпанье в сапогах. Кроме всего прочего, он не отказался бы от еды — обеда, судя по времени.

— Куда направимся?

— В замок Атрид, — буркнул гигант и удалился.

Махнул кому-то рукой, чем привел редкую колонну в движение. Заскрипели плохо смазанные оси телег, лошади, выбираясь на размокшую дорогу, с чавканьем протоптали дерн, стену деревьев полоснули стальной звон и угрюмые голоса. Лес молчал, ни звука не доносилось из сумрачной глубины, и только капли дождя барабанили по листьям, укрывающим путь темно-зеленым шатром.

Николай посторонился от близкого ржания. Плеснула вода в колее.

— Эй, приятель, лезь сюда, — раздался оклик. На козлах транспорта, догнавшего Охотника, восседал Фрат. Компанию ему составляли трое раненных. — Давай, давай, я потеснюсь.

Запрыгнув на телегу, Николай плюхнулся рядом с мужчиной, зябко потер руки и обратил взор к прорехам зеленого свода, откуда низвергались миниатюрные водопады. Фрат протянул ему полупустой бурдюк, заманчивое бульканье которого даровало оптимизм и тепло:

— Согрейся… — Вслед за вином на свет появились ломоть хлеба и черствый кусок сыра. — Обычно я не такой добрый, но, именем Завдара, ты мне понравился.

— Сочтемся… — Порыв ветра заставил Николая прикрыть рот. — Собачий холод.

— А чего хотел? Солнечные деньки на исходе. Еще немного и листва опадет… — После секундного молчания Фрат вдруг добавил с грустинкой: — В деревнях начнут убирать урожай…

— Осень, — проникся моментом Николай.

Сторонник лета, он почувствовал легкое недовольство природой. Она могла встретить иначе — щедрее. Он плотнее запахнул куртку, что не сильно помогло. Дождь прекратился. Свинцовая гладь небес исчерпала ресурс, позволив вздохнуть с облегчением. Не велика радость терпеть сырость и голод — на протяжении часов…