Вернуться назад

— Хорошо, — только и смогла прошептать в ответ, отводя от него взгляд и пробираясь на балкон, пытаясь унять быстро стучащее сердце.

Оказавшись на открытом воздухе, все же остановилась и оглянулась. Муж по-прежнему находился в спальне, там же где я его и оставила секунду назад.

— Джон, — произнесли мои губы любимое имя, и он тут же обернулся, спрятав свой немой вопрос в глубоких серых глазах, а на лице появилась знакомая улыбка.

— Мы летим? — волновалась я, ведь предстоял долгий путь в объятиях этого человека, да еще и способ перемещения никак не давал покоя.

— Да, конечно, — согласился он и вышел ко мне, остановившись в самом центре террасы, ожидая от меня дальнейшего шага.

Я приняла вызов, стараясь не показывать своего замешательства, не смело подошла к нему и крепко обняла, уткнувшись лицом в широкую теплую грудь, давая понять, тем самым, что готова к путешествию.

— Только не отпускай, пожалуйста, меня больше, — на всякий случая взмолилась я, как можно крепче прижимаясь к моему проводнику, и зажмуриваясь.

— Никогда, — ответил он, обнимая за талию и спину, словно младенца, и крепко прижимая к себе. Шорох расправленных черных крыльев нарушил тишину вокруг, заставляя меня набрать в грудь как можно больше воздуха, словно перед нырком. И вот, ноги потеряли опору, и вместе с тем уверенность, но чувство легкости, неведомое мне ранее теплом разливалось по венам.

Прижавшись к его груди, я никак не могла осмелиться и открыть глаза, чтоб посмотреть вокруг только слушала, как бьется его сердце в унисон с моим, а мощные крылья, разрезая пространство, уносят нас в неизведанном направлении.

Спустя некоторое время, немного осмелев, решилась осмотреться, ведь страх не стоит того, чтобы пропустить столько интересного.

Взору открылось бескрайнее поле всех цветов радуги, исчерченное дорогами оранжевого цвета, убегающими в разные стороны.

Все они выложены из того же камня что и дом семьи Блек. Наверное, их без труда можно было увидеть даже из космоса, несмотря на все многообразие красок.

— Здесь столько всего построенного из рыжего камня, откуда он берется в таком количестве? — спросила я у мужа, указывая вниз на вереницу дорог.

— Это рыженин, — ответил он.

— Он рождается на Антео, где его и добывают уже не одну тысячу лет. Антео, ближайшая планета к звезде по имени Мео. Не имеет атмосферы, поэтому без труда нагревается светом звезды и закипает от ее тепла. Сторона, которая находится в недосягаемой для звездного света тени, остается холодной. И так уже много тысяч лет. Обследовав территории нашей системы с помощью обсерватории и потом путешествий на каждую из них, мы однажды отважились и отправили туда группу исследователей. Они вернулись живыми и с хорошими новостями. Оказывается, на дальней стороне от звезды можно работать и добывать необычный камень легкий, но безумно прочный. Он имеет прекрасный оранжевый цвет, наполняя свечением все вокруг. Мы возликовали, но со временем поняли, что однажды опустошим планету, забрав у нее все. Тогда приняли решение свозить на нее мусор со всей системы. Антео вращается вокруг своей оси очень медленно, полный оборот за десять лет. Поэтому наши рабочие успевают перемещаться по планете вслед за ее темной стороной и распределять мусор по поверхности так, чтобы он в кратчайшие сроки оказывался в досягаемости звездного света и плавился от него. Что бы мы ни отвезли на эту планету, она все превращает в рыженин, и другие драгоценные камни: золото, бриллианты, серебро. Тысячелетиями мы используем ее для переработки мусора со всей системы. Мусор с каждой обитаемой планеты, переправляется на нее через Рену, ведь только отсюда можешь попасть на другие планеты, между собой они никак не связанны. Затем, его переправляют на Антео приспособленные к этому народы. Попадая на свет мусор, плавится, перерабатывается, постепенно уходит на темную сторону планеты и, застывая, превращается в рыженин, который ты и видишь сейчас вокруг.