Элизабет Тейлор. Жизнь, рассказанная ею самой
- Автор: Тейлор Элизабет
- Год: 2012
- Язык: русский
- Год: Яуза-пресс
- ISBN: 978-5-9955-0446-7
- Переводчик: Наталья Павловна Павлищева
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Элизабет Тейлор. Жизнь, рассказанная ею самой». Краткое содержание книги:
Все в жизни Элизабет Тейлор было СВЕРХ – звездная карьера с четырех лет, всемирная слава «Королевы Голливуда», «новой Клеопатры», первой красавицы эпохи с колдовскими (одни на миллиард!) фиалковыми глазами, три «Оскара», восемь браков (два из них с Ричардом Бартоном), первый в Голливуде контракт на миллион долларов, самая дорогая (продана за 200 миллионов) коллекция бриллиантов… А еще – более 30 серьезных операций, перелом позвоночника, инфаркт, рак кожи, опухоль мозга размером с теннисный мяч, алкоголь и наркотики. «Я прекрасный пример того, через что может пройти женщина и при этом остаться в живых», – признается Элизабет Тейлор в своей сенсационной книге, где предельно откровенно рассказала обо всех страстях и грехах, горестях и радостях, ролях и мужьях и которую посвятила «Памяти моего сына Майкла Джексона».
Добившись от инспектора невнятного бормотания, которое сочла нужным принять за согласие, я чмокнула его в щеку:
– Вы прелесть и совсем не ханжа!
И тут же снова вогнала бедолагу в краску, наклонившись так, что грудь едва вообще не вывалилась наружу. Обычно я так не поступаю, но здесь делала нарочно. Группа замерла в предвкушении скандала. Теперь лицо инспектора начало покрываться пятнами от возмущения, но взорваться он не успел. Выпрямившись, я снова оказалась к нему вплотную.
– Но ведь вне съемочной площадки можно? Я имею в виду наклоняться? – И, не дожидаясь его согласия, снова чмокнула в щеку: – Спасибо, вы очень добры.
Дальше дразнить бульдога не стоило, мог и покусать…
Ко времени съемок «Ночей игуаны» можно было не только демонстрировать глубокое декольте, не опасаясь инспекторов по бюстам, но и показывать куда более откровенные сцены. Так могла ли я отпустить Ричарда на откровенные съемки с Деборой Керр, Сью Лайон и тем более Авой Гарднер?! Это означало бы, отвоевав Ричарда у Сибилл, отдать его Аве.
Но дело не в Сибилл, я просто могла потерять Бартона. Думаю, хитрая Сибилл, узнав о предстоящих съемках Ричарда вместе с Авой, тянула с разводом, прекрасно понимая, что Ричард может сменить меня на Гарднер.
И ведь мог! Мы с Авой очень похожи, были похожи, к сожалению, она не столь стойкий оловянный солдатик, как я, только я могу переносить по три пневмонии в год, десятки операций и при этом еще коптить небо. Ава была старше меня, она уже перешагнула сорокалетний рубеж, но была чертовски привлекательна, да еще по роли должна соблазнять Ричарда. Гарднер разведена, после брака с Фрэнком Синатрой жила в Испании, свободна и не обременена детьми и проблемами со здоровьем.
Я почувствовала настоящую угрозу, а потому отказалась от всех предложений, определила детей, как намеревалась, подхватила Лиз и всех своих окружающих и потащилась вместе с Бартоном в Пуэрто-Вальярта.
Была еще одна угроза, я не зря упомянула о журналистах и интересе публики. Меньше всего прессу интересовали сами съемки, и куда больше, сумеет ли Ава соблазнить Ричарда по-настоящему, а не только на экране, то есть устоит ли наш союз после этого фильма или нет. Под таким давлением Ричард мог и не устоять, а я по-прежнему знала одно: Ричард мой и только мой!
Чертов Хьюстон не умел выбирать не только актеров, вернее, актрис, он еще и места для съемок подбирал такие, чтобы участники навсегда запомнили этот кошмар. Помнишь фильмы Джона Хьюстона? «Непрощенная» (Одри Хепберн из-за бешеных скачек в мексиканской пустыне едва не осталась инвалидом на всю жизнь), «Моби Дик» (хорошо хоть не утопил Грегори Пека во льдах, хотя, тот, кажется, признавался, что съемки проходили в большом бассейне), «Неприкаянные» (снова мексиканская пустыня, сердечный приступ у Кларка Гейбла и солнечные ожоги у Мэрилин Монро, да и моему любимому Монти досталось).
Теперь мы снимали на красивом побережье, только не стоит думать, что Пуэрто-Вальярта всегда была курортом. Выбранная Хьюстоном натура оказалась крошечной рыбацкой деревушкой, где полно скорпионов и игуан, нужно следить, чтобы тебя не цапнули и никакая живность не заползла в постель. О-оч-чень неудобно, я тебе скажу!
Сейчас это роскошный курорт, где главная достопримечательность даже не океан, а… «Лиз и Дик», как прозвали нас с Ричардом. Просто мы купили себе дом в Пуэрто-Вальярта, за нами потянулись многие и многие, и бывшая деревушка быстро превратилась в филиал Беверли-Хиллз, заметно убавив тем самым своей прелести. Конечно, друзья – это хорошо, это замечательно, я терпеть не могу одиночества, но в Беверли-Хиллз не только друзья…
А где звезды Беверли-Хиллз, там и журналисты. Вернее, можно бы сказать более определенно: где мы с Ричардом, там и толпы папарацци. Мне кажется, что именно с нас началось сумасшествие с преследованием по пятам и круглосуточное подглядывание в замочную скважину. Нет, репортеры были назойливыми и раньше, но мы с Бартоном дали повод щелкать затворами много чаще и писать что попало. Ричард все время ругался, что я, как мед мух, привлекаю внимание репортеров, стоит мне поковырять в носу, как это тут же станет событием для первых полос половины газет.
Хорошо это или плохо? И то и другое. Постоянно пишут о тебе, значит, популярна, значит, не забывают, есть востребованность. Об актрисах, которыми публика не интересуется, писать бесполезно и следить, тратя немалые средства на переезды следом из города в город, затратно. С другой стороны, когда пресса полна сообщений о каждом твоем шаге, то появляется опасность просто надоесть или, что за неимением свежей информации для скандалов репортеры начнут придумывать. А еще наблюдение станет не просто круглосуточным, но и до невозможности назойливым.