Избранные произведения в одном томе

И поехал прочь на своей коляске, раздосадованный и злой. Я было открыла рот, но тут же поняла, что любые слова только навредят. Он скрылся за углом. Мы бросились его догонять, потом остановились. Перед лифтом в гараж Джесси читал вывешенную на дверях табличку: «Не работает».

Обернувшись, он крикнул мне:

— Эв, ты можешь пригнать машину?

— Конечно!

Джесси вынул из кармана джинсов ключи и тут же уронил их на пол. Он наклонился за ними, и отцова рубашка треснула на плечах по швам.

— Вот черт! Прошу прощения.

Он отдал мне ключи, еще раз взглянул на табличку, хлопнул ладонью по кнопке вызова и отъехал в сторону.

Мгновение Джесси сидел неподвижно, потом плечи его затряслись в не очень-то веселом смехе.

— Нет, ты подумай! Даже лифты здесь отказываются работать! — Он развернулся и покатил к выходу. — Встретимся на улице.

Я смотрела ему вслед, потом крикнула:

— Постой!

Но он уже завернул за угол. Я снова окликнула его и побежала следом. Он уже проехал полвестибюля.

— Джесси!

Я догнала его и обняла за плечи.

— Эван! Что ты делаешь?

Я зашла спереди и положила руки ему на колени.

— Мне надо тебе что-то сказать.

— Что именно?

Я озиралась по сторонам, ища укромное местечко для разговора, и увидела, как из лифта выходит женщина.

— Пожалуйста, придержите! — крикнула я ей.

Та выполнила мою просьбу. Джесси выглядел раздраженным и несчастным.

— Ну что это еще за…

— Поехали! Давай же! — Я метнула на него убийственный взгляд.

Джесси развернулся и покатил к лифту, бросив мне по дороге:

— Делани, какого черта?! Что с тобой вообще происходит?

Когда двери лифта за нами закрылись, я нажала кнопку «стоп».

Смущенный и недоумевающий Джесси насупился:

— И чем это тебя опоила Суэйзи в своей лаборатории?

— Ничем. Я беременна.

— Ну и что? А я крэком балуюсь.

— Я бе-ре-мен-на!

Это объяснение было сродни прыжку с высокой крыши, и я даже не знала, ждет ли он внизу, чтобы поймать меня. Глаза его округлились, рот приоткрылся — будто не я, а он только что сиганул с крыши. О Боже! Лишь бы не повторилась гипервентиляция! Только бы он не начал нажимать кнопки или крушить аварийным молотком двери лифта, чтобы удрать!

Ногти мои прямо-таки впились в ладони.

— Ну, скажи что-нибудь!

Но он был слишком потрясен. Взгляд его опустился с моего лица на живот.

— Ч-черт! — сказал он.

Я стиснула зубы. Какой-то огромный ком застрял у меня в горле, и я не могла его проглотить.

— Ты уверена? — спросил он.

Я отвернулась.

— Не на сто процентов.

— Надо бы выяснить поточнее.

Я кивнула, тупо пялясь через стеклянные стены лифта в вестибюль.

— Ну пожалуйста, скажи — неужели это правда?

Он взял меня за руку, и я повернулась. Он моргал, словно ему щипало глаза. Но рука была твердой.

— Скажи, что это правда, иначе я не выдержу.