Последняя из страны Лета (СИ)

— А её пить можно?

— Да, — отозвался Ульф. — Сейчас не так заметно, но она кристально чистая. Попробуй.

Я зачерпнула воду ладонями и поднесла к губам.

— О! Просто чудо! Даже слов не могу подобрать… Она сладкая, и очень холодная… Но почему же я не мёрзну? И откуда исходит эта вибрация?

— От горы, — ответил Йан. — На Плачущей горе никто не мёрзнет даже в самый жестокий мороз.

— Мне так спокойно здесь, — прошептала я с улыбкой. — Даже не знаю, как описать это чувство.

— Как будто в материнской утробе, — вдруг сказал Йан, и я подхватила:

— Да, именно! Словно та давно утраченная память вернулась, и тело вспомнило себя юным и нежным.

Мы поплыли к краю, и мне казалось, что пузырьковая волна следует за нами. Ребята помогли мне уцепиться за гладкий камень, и мы долго смотрели из воды на засыпающие под звёздами горы. Я чувствовала, что и сама как будто засыпаю, и, чтобы держаться в воде, не требовалось никаких усилий.

Спустя долгое время мы вышли из волшебного озера и, немного просохнув, принялись одеваться. Мне по-прежнему не было холодно, хотя чувствовалось, что за пределами волшебства воздух стал ледяным.

— Так, малышка, теперь тебе нужно будет надеть это особое крепление, — сказал Ульф. — Я стану спускать тебя, Йан будет спускаться рядом. Потом встретимся в доме, хорошо?

Я кивнула. Удивительная ловкость была дарована мне лунными водами. Я и сама не поняла, как мы так быстро оказались внизу, и Йан тотчас набросил на меня свой плащ.

— Может, подождём Ульфа здесь?

— Не спеша пойдём вперёд, он нагонит, — сказал Йан и обнял меня за плечо. — А пока расскажи, как ты себя чувствуешь?

— Обновлённой. Лёгкой. Счастливой от макушки до кончиков пальцев!

Мужчина рассмеялся и поцеловал меня в щёку.

— Замечательно. Значит, в твоём теле не осталось ни капли яда. Все волки раз в год обязательно приходят сюда, но не всем везёт поймать нужный миг. Кажется, нам это сегодня удалось.

Через некоторое время Ульф и правда нас догнал, и они снова взяли меня за руки. Шли неспешно, любуясь лунной, в серебре магии и шёпоте падающих листьев, чащей. Мне казалось, что я знаю каждую веточку, каждую трещинку в коре деревьев. Я словно видела сквозь, и свысока, и даже из-под земли. Чувство было странным и глубоким, как сон.

Вскоре мы уже заняли спальню на втором этаже, но с приходом тьмы все шёпоты и песни прекратились: дом стал почти обычным.

Я застелила постель единственной найденной простынёй, Ульф развёл огонь, а Йан принёс еду. Есть хотели все, и первые несколько минут мы уминали принесённое с жадным нетерпением.

— Вот скажи, берёзка, что мы печём замечательный хлеб!

— Да, — отозвалась я. — Налей ещё киселя, пожалуйста.

— Пожалуйста. Ульф, ты не подашь мне сыр?

— Пожалуйста. А не передашь ли мне помидорки? Пожалуйста.

Мы переглянулись и рассмеялись. Было по-домашнему радостно, и я сказала:

— Зальмит может не только хлебом похвастаться, но ещё и прекрасными овцами. Никогда такой шерсти не видела! А ещё кедровые шишки — громадные!

— А что ещё? — весело сощурился Йан.

— Оружие. Оно тоже особенное. Только волки умеют создавать подобную сталь?

— Да. А вот лисы превосходят нас в стрельбе.

— Кстати, ты не думала о том, почему кинжалы твоего дедушки очень похожи на те, что носит Йан? — вдруг спросил старший.

— Думала, но не разобралась. Мне даже приснилась одна странная мысль о взаимосвязи Леты и Зальмита, но я понимала её только в стране грёз.

— Может. Я видела его, когда выходила из тела, но понимала происходящее только там. А что вы думаете о моём дедушке?

— Он был связан с зальмами, это точно.

— Но как? Даже если два государства могли иногда связываться с помощью магии, им всё-таки было довольно сложно «видеться»…

— Издревле Зальмит и Лета были соединены благодаря пространственной магии стихий, но несколько лет назад эта связь внезапно прервалась, — сказал Ульф.

— Наши отцы ещё могли общаться с королём, и я не понимаю, почему он не позвал зальмов на подмогу, когда напали тёмные маги, — нахмурился Йан.

— Значит, кланы были в союзе с правителем моей страны? Но я бы никогда и не подумала, что такое возможно… То есть почему нам никогда об этом не говорили?

— Вам — это кому? — улыбнулся Йан. — Десятилетней девчушке, которая любила лошадей, поля и солнце, и просто наслаждалась жизнью?

— Ну да, — признала я. — Но дедушка-то мог сказать мне!

— А зачем?

— Чтобы я не чувствовала себя всеми покинутой. Чтобы могла найти в жизни новый смысл.

— Так неужели вы вместе не строили планов на будущее? Если он знал, что умирает, он должен был подсказать тебе, что делать дальше!

— Он велел мне не задерживаться в городе и отправляться на запад, к Голодным холмам. Там есть пристанище для всех, кого коснулась недавняя война. Но когда я уже собиралась отправиться в путь, узнала из разговоров стражи, что Тюр уничтожен подземными толчками.

— А если бы ты знала о том, что зальмы были прежними союзниками летов? — спросил Йан.

— Это бы ничего не изменило. Доберись я сюда, даже чудом миновав разбойничьи леса, и не попав в пасть к голодной нечисти, а потом ещё как-то пройдя через Врата, где была гарантия того, что не напоролась бы на кого-то вроде хряков? К сожалению, не все зальмы такие, как вы.