Дезертир с большой дороги

— Хочешь выйти из круга? — удивился Люцифер.

— Почему бы нет. Этот ходячий набор оглобель по-любому суше того, что я собрал для костра. И собрал я, кстати, мало — на ночь не хватит. Порублю гада на дрова. Ему самое место в поленнице.

Увидев, что я собираюсь с ним драться, палочник заскрипел как старая лиственница и выжидательно разинул пасть. И еще у него встал. Ну да — его болтавшийся между ног чуть не метровой длины корявый член поднялся и нацелился на меня точно управляемая ракета. Мне предстоит битва с трехметровым древовидным гомиком? Жесть!

— Хочешь меня поиметь? — осведомился я. — Попытайся. Только наперед говорю: не получится. И пойдет твой зараженный жучками хер на обогрев и освещение, как и все остальное. Я не против сексменьшинств, если они не против меня и уважают мою классическую, как Бетховен, сексуальную ориентацию. Однако ты, вижу, не уважаешь. Это роковая ошибка. Готовься к смерти.

Палочник заскрипел громче и задергался, будто уже достиг оргазма. Член заострился, превратившись в оружие. Я вышел из защищенной зоны с противоположной от монстра стороны. Люцифер остался внутри.

Несмотря на свою сдобренную бахвальством болтовню, я не был склонен оценивать противника пренебрежительно. Стоит поддаться внушаемому существом страху, запаниковать хоть на секунду — и палочник пустит в ход доступную ему магию природного характера. Тогда все окажется на его стороне: трава, кусты, деревья. И сам по себе он опасен: такому сравнительно небольшому не пробить и более слабую броню, чем у меня, но сочленения доспехов куда как уязвимы для тонких длинных пальцев с острейшими шипами когтей на концах. И, особенно, прорези для глаз и дыхательные отверстия на шлеме.