Удали меня из памяти

Девушка буквально забежала в квартиру, с размаху грохнула дверью и закрылась на все замки, будто кто-то мог прийти без её ведома и согласия. Сумка улетела в один угол, туфли в другой. Остальные предметы одежды снимались и раскидывались по дороге в душ. Прохладные струи иголками впились в кожу, Алёна отпрыгнула и позволила себе нехорошее слово.

— Ну почему?! Почему нельзя сначала настроить воду, потом включить душ? Ну почему вся твоя жизнь кверху задницей?!

Алёна включила нужную температуру и уселась, обхватила руками коленки.

— И вообще! Я хотела принять ванну с пеной. Всё из-за тебя, Руднев! Я уже разговариваю сама с собой из-за тебя!!!

Две недели ни слуху, ни духу. Ни звоночка, ни сообщения, ни одного единственного привета. Как раз то, что она и хотела. И все бы ничего, если бы не игра, которою они оба поддержали. Алёна назвала её «бестолковые гляделки». Этот взгляд, казалось, сопровождал её повсюду. Пронзительный, страстный и ревностный, желающий, пробирающий до костей и испепеляющий в те моменты, когда она садилась в черную ауди. Ощущать его было неприятно и одновременно необходимо. Он грел, заставлял сердце биться быстрее, задыхаться от желания и счастья. Конечно же, она смотрела в ответ. Искала его глазами в толпе, а найдя, представляла, как проводит по его щеке. Ощущает шероховатость щетины, потом поднимается выше, туда, где кожа гладкая и нежная, затем прижимает ладонь к его лицу, а он прикрывает глаза и ласкается о её руку. Они не улыбались друг другу и ничего не пытались сказать. Они просто хотели … Любили друг друга на расстоянии, пусть один из них до сих пор не хотел это признавать.

«Этот парень просто мечта» — восторгались подруги, при упоминании или появлении Антона — «Что тебе ещё надо?! Крутила бы как хотела. Влюблён по уши, обеспечен, красив, умён». Это было правдой. Иногда Алёна долго рассматривала блондина, пытаясь найти изъян во внешности. Внимательно вслушивалась в его речь, в надежде назвать его необразованным, неумным или хотя бы просто нелогичным. Искала повод обидеться или разругаться, чтобы не видеться хоть пару дней. Единственным его косяком были те полчаса в день первого свидания и багровые розы. Больше такого не повторялось. Внимательный, учтивый, интеллигентный, без вредных привычек. Звонил, встречал из универа, возил по кафешкам и домой, выслушивал, давал ценные советы, всегда желал спокойной ночи и называл Алёну подарком судьбы. Он был идеальным. Правильным. Скучным. Отталкивающим. Отвратным!

Алёна вышла из душа полная решимости. Расчесала волосы, чтобы не высохли как зря, налила в ладонь молочка для тела и принялась ухаживать за повреждённой жесткой водой кожей. Нужный номер она набрала заранее и прижала телефон к уху плечом.

— Что случилось?

— Соскучилась!

— Мы не так давно расстались.

— А я уже соскучилась, — новая порция белой массы быстрыми движениями втиралась в бедра и икры.

— Лён, рассказывай.