Лекарь-воин, или Одна душа, два тела

Беда пришла в мой дом в лице баронессы Мадлен. Эта молодая, я бы сказал, юная женщина пришла на примерку платья. Все бы ничего, но Мадлен была на последнем месяце беременности, и должна была родить со дня на день. И нужно же такому случиться, рожать начала прямо во время примерки. Калер, кстати тоже лекарь по профессии, сразу же стала помогать девушке, попросив хозяйку нашей квартиры позвать кого-то на помощь. Роды были тяжелыми. А, что ты хочешь, ведь Мадлен было всего-то четырнадцать лет. Вопрос стоял ребром, выживет роженица или ребенок, но Калер решила спасать обоих. Прибежавшая повитуха только перекрестилась, и сказала, что нужно звать священника, пока не поздно, может, Мадлен успеет исповедоваться. Калер накричала на повитуху, и попросила не мешать. В итоге ребенок родился, но не закричал сразу. Калер провела комплекс реанимационных мероприятий, и смогла вернуть к жизни малышку. Ребенок родился без изъянов.

Казалось бы, что все нормально, все должны быть довольны и счастливы. Однако господин барон Жан де Раон считал по-другому. Он очень надеялся, что четвертая жена родит ему, наконец, наследника, а то ранее у него рождались только дочери. Взбешенный, он приказал городской страже арестовать Калер и заточить в тюрьму. К гонению на Калер этот барон подключил местного католического епископа, который опросил повитуху, и та показала, что моя жена вернула к жизни ребенка колдовством.

На этом все разбирательства закончились, никому истина не была нужна. Калер объявили ведьмой и планировали поступить гуманно, утопить в Сене. Терять Калер мне, естественно, не хотелось, она мне дорога, и я ее любил. Мне не оставили иного выхода, только силовое решение проблемы. Я заблаговременно купил лошадь, продукты, кое-что из одежды. Намеревался, после освобождения Калер покинуть негостеприимный Париж. Специфические, особые навыки бойца, приобретенные в моем мире, очень помогли. Незаметно проник на территорию тюрьмы, и самым наглым образом, по — тихому, вырезал всю охрану. Сильно избитую Калер нашел камере в кандалах. Повозился, пока снял кандалы, часа два. Покидая тюрьму, поджег ее, предварительно выгнав за ворота всех узников. Рассвет нас застал вдалеке от Парижа. Пробираться решили в Русское царство, там, поговаривали французы, нормально живут православные люди.