Глубина [litres][The Deep]

Вайолет прошлась по комнате и зажгла еще две лампы – у пассажиров первого класса такой избыток света, подумалось Даю, – и Лес следовал за ней по пятам. Даю не понравилось, как заблестели глаза Леса, когда тот осматривал имущество Асторов. Тот помедлил у туалетного столика с красивыми вещицами миссис Астор: расческами из слоновой кости и нефрита, набором серебряных щеток. Еще там был китайский лакированный поднос с повседневными украшениями мистера Астора. Две пары запонок и часы на цепочке. Вайолет, как заметил Дай, тоже занервничала, и неудивительно: если что-то пропадет, рисковать работой будет она. Теперь он понимал, почему Лес так рвался на эту маленькую экскурсию: вовсе не посмотреть, как живет другая половина пассажиров. Он хотел присмотреть жертву.

Кровать была заправлена – постаралась какая-то трудолюбивая служанка, наверное даже сама Вайолет, – но Дай подошел ближе, памятуя о слухах, которые весь день ходили по каютам второго и третьего класса. О маленьком мальчике, том самом, которого Дай только вчера спас от падения в воду.

– Так вот, где он… Где все случилось, – произнес Дай, не желая, чтобы слово «умер» звучало в одной с ним комнате, словно оно могло оставить пятно. Дай ощутил укол грусти – мальчик так восхищенно на него смотрел. Тогда Дай был его героем. И вот…

Что бы ни тревожило мальчика настолько, что заставило его вскарабкаться на перила, оно продолжало к нему взывать, пока он не нашел смерть иным способом. Зловещее дело.

– Лучше не вспоминай, – сказала Вайолет. – Я весь день об этом думаю, каждый раз, как остаюсь здесь одна. Мурашки по коже.

– Суеверная? – поинтересовался Лес и сунул нос в шкаф. – Слыхал, что некоторые шишки думают, мол, на корабле водятся привидения, – добавил он, оглянувшись через плечо с кривой усмешкой.

Вайолет шагнула было вперед, словно хотела помешать Лесу рыться в ящиках, затем передумала и задержалась рядом с Даем.

– И экипаж. На корабле странно, тут не поспоришь.

Лес рассмеялся.

– Да откуда ж тут призраки? Он новехонький. На нем никто не умирал, кроме…

– Кроме мальчика, – Вайолет потерла плечи, будто ее пробрал озноб. – И не он один: в каждом рейсе случаются смерти, просто большинство пассажиров о них не слышат. Члены экипажа по большей части. Несчастные случаи. В этом рейсе что-то не так. Я бывала на многих, мне виднее.

Дай не был уверен, верит ли Лес в призраков. Сам он вырос в окружении всего этого, с верой в волшебный народец и злых духов, которая приживалась в основном среди бедных и необразованных – по иронии судьбы, это были самые верующие люди, каких он только знал. Такие бы потребовали казнить его публично, если бы пронюхали о желании, которое он таил в душе, а потому Дай давным-давно решил не иметь с ними – и с их восприятием магии – ничего общего.