Глубина [litres][The Deep]

– Налетел ветер и задул свечи, – говорил Стед, – и в каюте стало холодно. Все классические признаки присутствия духа.

«Перестань болтать, – мысленно приказала ему Мадлен, подсознательно опасаясь, что дух можно призвать одними лишь разговорами о нем. – Дух вам не игрушка, не диковинка. Он опасен».

– Я занимаюсь оккультизмом уже много лет, – все не унимался Стед, – и часто в обществе великих медиумов. Могу честно сказать, что еще никогда не ощущал столь сильного присутствия, как прошлой ночью.

Мэдди глубже вжалась в кресло, все с бî́льшим отчаянием желая сбежать. Холод теперь пробирал ее насквозь, зарождаясь в животе и переползая в грудь, словно ледяная морская вода.

– Быть может, потому, что мы на воде. Она легче земли. Духи сталкиваются с меньшим сопротивлением. Да, это объяснило бы многое из того, что мы видели вчера. – Стед кивнул, хотя никто с ним не спорил; он говорил так, будто дух обладал телесностью…

– Итак, вы утверждаете, что на воде духи более могущественны, нежели на суше, – подала голос Кэролайн Флетчер, перебирая карты в руке, – потому что они встретили бы меньшее сопротивление? Как с электричеством?

– Совершенно верно, – подтвердил Стед. – Как телеграф. Как та машина Маркони. За исключением того, – он умолк, и Мэдди поежилась в повисшей тишине, – что духи могут обитать не только в воздухе, но и в людях.

– Что? – вырвалось у Мэдди прежде, чем она это осо-знала.

Муж бросил на нее косой взгляд.

– Вы имеете в виду некую одержимость? – спросила Люси.

– Именно, мадам, – ответил Стед. Он мрачно переводил взгляд с одного присутствующего на другого. – И, овладев телом, они становятся наиболее опасны. Дело в том, что тогда они обретают плоть и кровь. Они могут действовать в соответствии со своими желаниями, каковыми бы те ни были.

– Прошу прощения. – Мэдди вскочила на ноги – насколько вообще могла вскочить в нынешнем положении.

Жажда убежать стала непреодолима. Мадлен рисковала вызвать переполох, но больше не могла сидеть.

– Я плохо себя чувствую. – Она слабо улыбнулась, указывая на живот, потому как знала, что никто не будет расспрашивать дальше.

Мэдди толкнула стеклянные двери и поспешила по палубе, не обращая внимания на оклики мужа. Позже скажет, что ей стало так нехорошо, что она не могла его дождаться. Он не разозлится на ее уход. Он плохо переносил любые болезни. Джек был в ладах с великим множеством вещей – притворство, собаки, бесполезные изобретения, – но не с болезнями. Не в его характере.

Мэдди просто не могла вытерпеть больше ни минуты. Остальные могли потешаться над сеансом и вести себя так, словно это некий трюк, но она знала, что никаких трюков не было. Все по-настоящему.

Они прикоснулись к злобному духу, который забрал Тедди, к чистому злу, чем бы оно ни оказалось.

И он все еще здесь, навис над кораблем. Что, если он принял чей-то облик, кого-то из той каюты, кого-то, кто скрывается в коридорах, поджидая новую жертву? Стед только что сказал, будто это возможно, что этот злобный дух способен проскользнуть в тело живого человека и подчинить его своей воле. Теперь все происшествия и несчастья их грандиозного тура обрели смысл. Слуга, выпустивший Китти из гостиничного номера в Каире, и масса беспокойства по этому поводу. Провожатый, который дал ей слишком горячую лошадь в Монтре. Вор, что загнал Мэдди в переулок у открытого рынка во Флоренции. Джек сказал, мол, это обычный карманник, однако Мэдди видела в его глазах нечто зловещее. Все они, все до единого – марионетки демона, посланные воплотить проклятие.