Избранные произведения в одном томе

В комнате все в порядке, а вот с миссией — нет.

Он избавился от «мамочки» на полпути к Голливуду, выбросив парик и нарядившись оборванцем со свалки. Как змея он сбросил ее кожу и вернул себе свой облик. По дороге он остановился в интернет-кафе, чтобы еще до возвращения «на базу» проверить электронную почту и поступившие новости. Ничего хорошего, кроме подозрений, эти новости ему не принесли.

Ванную окутали клубы пара. Он шагнул под душ, под благословенный горячий ливень, и принялся смывать с себя этот вонючий запах конины. Нет, не той конины, что готовят в духовке, а истинный дух этой кобылы Бекки О'Кифи — молочный запах тела, мяса и выделений.

Электронная почта ничем не порадовала, телефонный звонок оказался еще хуже. Из них он почерпнул только ключевые фразы. «Южная звезда». Взрыв. Детали проекта начали выходить наружу — его «легенда», как это называют в Голливуде. Теперь его миссия станет достоянием шакалов-репортеров. Но он не должен допустить, чтобы эти ключевые фразы просочились в общий поток информации.

Выходит, кто-то знает слишком много.

Он намылился и начал тереть себя мочалкой. Очень важно смыть с себя эти следы, эти улики. Он должен избежать ареста, иначе весь проект полетит к чертям. Впрочем, если до этого дойдет, то улики будут ни при чем. Если миссия провалится, он сведет счёты с жизнью, обязательно утащив с собой на тот свет и тех, кто его поймал. Он хорошенько намылил голову — проклятая кобылья вонь уходила вместе с водой.

Кто-то знал слишком много и начал говорить об этом — типичная течь, которую нужно обнаружить и заткнуть.

Он снова торопливо намылил тело. Дела, как выяснилось, застопорились. По расставленным в компьютере ловушкам он понял, что не может сейчас закончить работу. К тому же оставался этот ребенок.

Столько еще предстояло сделать! Он мысленно пробежался по списку. Машина Бекки? Ну уж дудки! Ее-то вряд ли найдут. Времени у него предостаточно.

Компьютерные данные? Их он сверит, как только закончит мытье.

Мамаша ребеночка? Душевые струи иголками покалывали грудь и живот. Он намылил выпуклый шрам и середину живота по кругу. С мамашей все в порядке. Кобыла Бекки обескровлена и давным-давно окоченела. Нет больше кобылы.

Ребеночек?

Койот все намыливал и намыливал живот. Пар окутывал его белесым коконом. Кусок мыла выскользнул из пальцев, но он продолжал водить рукой вокруг пупка.

Из крана потекла холодная вода. Койот заморгал. Ощущение скрипящей кожи заставило его посмотреть вниз. Сморщенные подушечки пальцев скользили вокруг пупка. Как долго он пробыл в этом душе?

Он резко выключил воду. Ему было о чем подумать и о чем побеспокоиться. Обмотавшись полотенцем, он направился в спальню, мысленно еще раз перебирая список.

Машина. Компьютер. Мамаша.

Мамаша… мамаша… что-то ушло вместе с мамашей.