Избранные произведения в одном томе

Ну надо же, беременная! И как, интересно, я со своей ученой степенью не сумела правильно отсчитать двадцать восемь дней? Из меня вырвался какой-то истеричный смех, близкий к рыданию. Я прикрыла кулаком рот, но бесполезно — дурацкий смех снова вырвался наружу. Только еще более истеричный.

Я обогнула конвейер с багажом и наконец увидела выход, а за ним улицу, забитое машинами шоссе и яркое лос-анджелесское солнце. За металлической перегородкой ждали встречающие. Среди них я заметила Джесси. Облокотившись на поручень, он постукивал о него пальцем в такт какой-то своей музыке. На нем была темно-синяя рубаха и гоночные перчатки. Он всматривался в толпу, выискивая меня глазами.

Я полнилась радостью. Ребенок. У меня будет ребенок! Словно звезда упала с ночного неба прямо мне на ладонь. Благословенный дар, посланный Божьей милостью. Дар поистине священный и такой пугающий.

Глуповато улыбаясь, я шагала к выходу, навстречу неизвестности. Для начала надо сообщить ему. «Дыши ровнее, детка, приготовься огорошить его по полной!» Вскинув рюкзачок повыше, я помахала рукой.

Он заметил меня и оторвался от перил. Вид у него был озадаченный. Я лыбилась как клоун и готова была разрыдаться.

Справа ко мне направлялся человек. Краем глаза я заметила его неспешную походку и копну седых волос.

— Котенок!

Я замерла как вкопанная. Это же мой отец!

Он подошел. Две сумки — с вещами и ноутбуком — висели на ремнях через плечо. На черном от загара лице читались беспокойство и тревога.

— Ты что, выследил меня?

Он поставил вещи на пол и сжал мои щеки ладонями.

— Это у тебя называется «затаиться»?

Он выглядел прекрасно — загорелый, холеный, прямо как новенький, если можно так выразиться. В старых, видавших виды ковбойских сапогах и бейсболке с логотипом авианосца «Авраам Линкольн», на котором служил мой брат. Я чувствовала себя так, будто меня обвели вокруг пальца.

— Мама сообщила тебе номер моего рейса.

Он поцеловал меня в лоб.

— Тебе пора начать слушаться своего старика отца.

Подхватив сумки, он взял меня под руку и повел к выходу. Впереди нас катил в толпе Джесси. Потом он остановился, смущенный и растерянный, и протянул отцу руку.

— Фил!

Отец сжал его ладонь.

— Мне помнится, я просил тебя не упускать ее из виду.

— А я и не упускаю. — Он посмотрел на меня испытующе: — Что случилось?

Я наклонилась, поцеловала его в щеку, потом в губы, взъерошила волосы. Он отпрянул, изумленно вытаращив глаза:

— Ну-ка говори!

Мне хотелось броситься ему на шею, прошептать на ухо свою новость и потом, уже в его объятиях, услышать, как он рад. Но вместо этого я впала в оцепенение, язык мой не шевелился, да к тому же рядом стоял отец.

Я еще раз чмокнула его в губы и шепнула:

— Скоро узнаешь!

Отец многозначительно кашлянул. Когда я распрямилась, он легонько подтолкнул меня к двери и, обернувшись к Джесси, спросил: