Родинка в законе

На диване, натянув до подбородка плед, Тамара угрюмо разглядывала трещину на ярком лаке. Подвязавшись жёлтым в чёрный горошек фартуком, Гурман старательно изучал способ приготовления горохового супа из пакетика. Помешивая кипяток, он надорвал краешек, понюхал содержимое и, согласно инструкции, высыпал всё в кастрюлю. Артём тоже удивлённо принюхался. Совсем недавно Валера, подняв к потолку затуманенный взгляд, рассказывал, какие великолепные блюда готовил Гурман из элементарного набора продуктов. Поэтому сегодняшний суп из пакетика был неожиданным сюрпризом в меню. Глядя, как булькает клейкий бульон, Артём не терял надежду, что в последний момент произойдёт чудо и дешёвый гороховый суп окажется приложением к фрикасе из курицы в винном соусе. Но по мере того, как кухня наполнялась знакомым с детства запахом, надежда на курочку по-французски таяла.

–– Я это есть не буду, – подала голос Тамара, искоса буравя глазами бурлящую кастрюлю. – Неужели трудно заказать обед в ресторане?

Гурман медленно обернулся. Долгую минуту он внимательно изучал пленницу. Сегодня день выдался особенно серым и скучным. Артём сдержал улыбку. Кажется, сейчас для Гурмана любая фраза служила сигналом к скандалу. Отложив ложку в сторону, он вытер руки ярким вафельным полотенцем и, подойдя вплотную к «капризнице», прорычал:

–– А хар-р-ризма не треснет.

Реплика возымела то действие, на которое была рассчитана: Тамара начала медленно втягиваться под плед. Казалось, что огромная бледная улитка заползала в свою раковину, сворачиваясь в тугую спираль. Когда снаружи осталась только голова со сведёнными от страха глазами, она тихо просипела:

–– Пардон.

–– Щас как впардоню, – рявкнул Гурман, для наглядности стукнув кулаком по подушке.

Подскочив к кухонным шкафчикам, мужчина яростно вышвырнул содержимое и, найдя ещё один пакетик супа, разорвал упаковку пополам, вытряхивая содержимое в кастрюлю.

–– Я тебе устрою Хиросиму и Нагасаки, – злобно шипел он, заворачивая ложкой цунами в булькающем кипятке. – Ты у меня всю ночь жопой в форточке спать будешь.

Артём безразлично опустился в кресло и перевернул страницу журнала, просматривая совершенно неинтересную статью. Зря, ох зря княгиня холопа достаёт. Не глупая ведь баба, должна понимать, когда можно языком ляпать, а когда лучше помолчать. Здесь "князя" Табанидзе нет, терпеть великосветский выпендрёж никто не будет. Судьба твоя на сегодняшнем званом обеде резать ножом гороховый суп. А ведь Константин Гурамович с этим чудом уже лет десять живёт. Святой человек. И ладно бы красавица была. Или умница. Или каким- нибудь мифическим изюмом переполнена. Есть ведь женщины, с виду и неказистые, а улыбнётся, как будто солнце в душу заглянет. А тут – ни кожи ни рожи, одно самолюбование. Удобно разместившись в кресле, Артём отложил журнал и, не стесняясь, изучал сидевшую напротив женщину. Узкие плечи, небольшая грудь… Чудодейственные свойства диеты заканчивались где-то в районе талии и нижняя часть тела мягко расплывалась в крупную грушеобразную попу. В целом женщина напоминала Артёму бройлерного цыплёнка, гордо несущего на толстых ногах маленькую пустую голову.