Странник с планеты Земля

Чтобы не маяться в ожидании, пока док закончит оперировать Борсия, я отправился к нашим, занявшим небольшой флигелёк неподалёку от главного дома. Хозяин хутора на время боёв вывез свою семью на ферму, поближе к лошадям и коровам, а сам записался ополченцем в один из отрядов.

Как удалось выяснить, воевал он, в общем и целом, неплохо, хотя в связи с возрастом особо опасных заданий ему не давали. О том, что свою «усадьбу» он предоставил под госпиталь, он сам же просил не распространяться. Тем не менее, шила в мешке не утаишь, и многие, кто сюда попадал (в качестве раненых или сопровождающих), по большому секрету сообщали об этом товарищам, те тоже тайно (а как по другому-то?) передавали дальше, следующие тоже рассказывали… Короче, про госпиталь, хутор и его хозяина знали сегодня все, но при этом все делали вид, что, как говорится, ни сном, ни духом…

— Жрать будешь? — сходу поинтересовался Гас, когда я вошёл.

— Буду, но позже.

Сказал и устремил взгляд на жмущихся в уголке пленных.

— Дай-ка мне вот этого кренделя.

— Этого? — уточнил «третий», ткнув пальцем в Растуса.

— Этого, — я многообещающе усмехнулся и перешёл с флорианского на «пиджин-галакто». — У тебя в челноке полиграф найдётся?

— Найдётся, — хмыкнул с пониманием Гас. — Здесь будешь придурка колоть или отдельную камеру предоставить? Подвал тут глубокий, звукоизоляция зашибись, уже проверяли.

— Давай в подвал, — махнул я рукой. — Не люблю, знаешь, пугать окружающих. Вопли там всякие, визги, туда-сюда…

То, что клиент общегалактический знает, нам с «третьим» было известно. Поэтому за его реакцией на наш разговор мы наблюдали с ба-альшим интересом. Бывший мастер барона Асталиса то краснел, то бледнел, а под конец чуть вообще не обделался от страха перед предстоящим допросом. Именно этого я, собственно, и добивался. Чтобы поплыл он конкретно. Тогда и разговор у нас, скорее всего, пойдёт по душам, и гнать порожняк он, мягко говоря, «постесняется».

Так, в итоге, и получилось.

Растус пел соловьём, а я едва успевал записывать его «откровения». Любопытно, что даже по печени ему ни разу не врезал, только пальчиком слегка погрозил, что буду, мол, сильно расстроен, если на детекторе лжи красная лампочка загорится, и дело, как говорится, пошло́.

За час с небольшим клиент наговорил столько, что аж голова распухла всё это запоминать. Но, в принципе, много запоминать пока и не требовалось. В первую очередь, мне надо было выяснить главное: зачем Асталис к нам снова полез и как далеко он продвинулся в понимании сути барьера.

И кажется, я это выяснил.

Хотя и не до конца.

Но всё равно, многие вещи стали и вправду понятнее. Пришлось даже в собственных планах кое-что скорректировать и включить в моё собственное «барьерное уравнение» ещё одну переменную. С виду, не самую значимую, но насколько серьёзно она повлияет на результат, могла показать только практика…