(не)твоя дочь

Но получается только хуже.

Его близость вызывает внутри меня отторжение. Кожу обжигает в тех местах, где он касается.

Странно, что раньше за собой я такого не наблюдала. Была обида, злость, но не отвращение. Причем до такой степени, что хочется не просто оттолкнуть, а встать под душ и смыть с себя его прикосновения. Жесткой мочалкой с мылом. Особенно после того, как еще утром меня обнимал другой мужчина, даря совершенно противоположные ощущения.

– Яна, мышонок, послушай. Не нужно вестись на козни недоброжелателей. У людей нет своей жизни, так они лезут в чужие. Перестань слушать сплетниц. Я люблю тебя! Мне, кроме тебя, никто не нужен. И я не раз тебе это доказывал. Сколько еще раз нужно повторить это, чтобы до тебя дошло? Чтобы ты поняла!

– Вот именно, что я не понимаю. Не понимаю, Тём! Зачем цепляться за то, что давно умерло? Зачем каждый раз ломать меня? Представь себя на моем месте. Хотя бы на минуту. Как бы ты себя чувствовал, если бы узнал, что у меня был другой мужчина? А? – Выпутываюсь из его объятий и делаю шаг назад. Артем молчит, хмурясь. Пережидая всплеск моих эмоций. Он всегда так делал и умело ловил подходящий момент, когда я наиболее уязвима, не оставляя мне выбора. Но даже у самых терпеливых людей есть свой предел. Вот и у меня больше нет сил. Но, кажется, доказывать это Артему мне придется долго. – Я все-таки найду Славу и уточню, действительно ли не нужна моя помощь, – нарушаю повисшее между нами молчание.

И быстрым шагом удаляюсь.

Славу я нахожу не с первого и даже не со второго раза. Оказывается, он куда-то уехал и будет теперь только завтра. По телефону он подтверждает слова Артема и неуклюже извиняется за причиненное неудобство. Чертова мужская солидарность.

Я спускаюсь вниз и ничуть не удивляюсь, когда у входа снова сталкиваюсь с ожидающим меня Артемом.

– Убедилась? – спокойно интересуется он и делает жест рукой, указывая на свой автомобиль. – Поехали.

– Куда?

– Не знаю. Где ты сейчас живешь? – жмет плечами.

– Я могу и сама добраться.

– Боишься, что узнаю и начну надоедать?

Я несколько секунд смотрю сквозь него, размышляя о сказанных им словах. Я уже не ребенок, чтобы бегать и скрываться. Да и при желании Артем без проблем может вычислить, куда я переехала с Алисой. Это не секрет.

А еще нужно забрать оставшиеся вещи общей квартиры.

– Мы можем заехать сейчас домой? – Я вижу, как светлеет его лицо в надежде на то, что я передумала, и тут же поясняю: – Мне нужно кое-что забрать.

Он разочарованно выдыхает, но все же соглашается.

В квартире, где я прожила почти пять лет, все по-прежнему. Она еще хранит дух нашей неудавшейся семейной жизни. На кресле лежит кепка Алисы, из-под кровати торчит розовый носок, в ванной комнате на полочке мои шампуни.

Все как и всегда, но я уже чувствую себя здесь чужой.

Инородным телом, которое когда-то было своим в целом организме, но после того, как его выдрали, обратно уже не приживется.

Я нахожу пустой пакет из супермаркета и начинаю собирать туда оставшиеся мелочи. Вначале их, потом вещи покрупнее.