Весталка. История запретной страсти (СИ)
- Автор: Жюльетт Сапфо
- Язык: русский
- Жанр: Исторические любовные романы
Электронная книга - «Весталка. История запретной страсти (СИ)». Краткое содержание книги:
Уловив угрозу в голосе римлянки, Басса побледнела, и ей никак не удавалось скрыть свой страх. Какой бы храбростью не наделила её от рождения природа, в римском обществе она была всего лишь рабыней – бесправной и беззащитной.
Низко кланяясь и прижимая к груди руки, Басса произнесла дрожащим от волнения голосом:
– Прости меня, высокородная госпожа, за мою дерзость! И да хранят тебя всемилостивые боги!
– А, теперь ты трепещешь передо мной! Ты должна была трепетать тогда, когда только посмотрела в мою сторону!
Поддавшись новому приступу злобы, Деллия ударила старую женщину по лицу. Та покачнулась, точно дерево под напором ветра, и опустила глаза.
– Как зовут твоих сыновей? – неожиданно спросила Деллия. – У тебя их, кажется, двое?
– О госпожа, – со слезами в голосе ответила Басса, по-своему истолковав её вопрос, – не наказывай моих детей за необдуманные слова, сказанные глупой старухой!
– Если они здесь, в доме, пусть покажутся! – приказала Деллия и крикнула слугам: – Эй, лентяи! Чего смотрите? Сейчас же позовите сюда сыновей этой рабыни!
И так как слуги были в нерешительности, она завопила, окончательно выйдя из себя:
– Приведите их ко мне, или, клянусь факелами Фурий, я всех вас прикажу распять!
Несколько рабов, движимых страхом и животным инстинктом самосохранения, кинулись в дом выполнять приказ римлянки и вскоре привели смуглого подростка. Не понимая, чего от него хотят, но чувствуя опасность, он, словно дикий зверёк, отчаянно отбивался и пытался вырваться.
– Как тебя зовут? – строгим голосом спросила у него Деллия.
– Это Кнемон, – вместо подростка ответил один из державших его за руки рабов. – А его старшего брата зовут Симин, только его здесь нет, госпожа.
– Где же он? – Деллия снова возвысила голос.
Слуга открыл было рот, чтобы ответить, но тут страшно закричала Басса:
– Не смей, Памфил, ни слова больше!
– Пару месяцев назад наша госпожа отпустила его на волю, и он уехал из Рима. Кажется, ему удалось на скопленные деньги купить домик где-то в Альбанских горах, – пробормотал раб и, потупясь, прибавил: – Но больше я ничего не знаю, госпожа.
– Я тебе верю, – милостиво проговорила Деллия и тут же повернулась к сопровождавшим её воинам: – Взять мальчишку!
Всадники соскочили с коней, бросились на Кнемона и, повалив его на землю, начали бить ногами.
– Пощади, госпожа! – Басса упала перед Деллией на колени, в мольбе протянула к ней руки. – Смилостивись!.. Он ведь ещё ребёнок!
– Хочешь, чтобы я пощадила его? Тогда скажи, где живёт твой старший сын? Ведь это он укрывает сбежавших от правосудия преступников?
Деллия умолкла, потому что старая служанка после её последних слов сразу переменилась в лице и, проведя рукой по лбу, тихо сказала несколько слов – так тихо, что римлянка не расслышала их:
– Альбия, клянусь, я предана тебе всей душой, я всегда слушалась тебя и во всём была тебе верной помощницей... Но сегодня я нарушу свою клятву – ради спасения сына... прости...
И несчастная женщина, в которой необычайная крепкая привязанность к молодой госпоже уступила любви к родному сыну, вдруг угасла, поникла головой и рассказала Деллии всё, что та хотела знать.
В зелёных глазах Деллии блеснула радость, но тут же она приняла свой обычный надменный вид и властным голосом велела своим людям следовать за ней. Вскоре всадники, подчиняясь приказу Деллии, пустили коней галопом по дорожке, которая вела к воротам виллы.
Слуги из домашней челяди Альбии стояли на ступенях, словно онемев. Они пришли в себя только через несколько минут, когда цокот копыт, становившийся всё глуше и глуше, наконец совсем затих вдалеке.
Глава 44
Ночь над Альбанским горами отличалась удивительной красотой. Всё небо светилось мириадами огоньков. Звёзды мерцали так ярко, словно были на расстоянии вытянутой руки. Снежные шапки на вершинах гор искрились в голубоватом свете луны; сонная нега, окутавшая деревеньку, усугубляла безмолвие сумерек.
Огонь пылал в очаге, озаряя небольшой атрий с закопченным потолком и скромной деревянной мебелью; Альбия и Марк сидели на скамье, на которую были положены для удобства набитые шерстью подушки. Деций довольствовался обыкновенным дубовым табуретом, ставшим совсем гладким от долговременного пользования. Оба мужчины держали в руках оловянные чаши с вином; на столе стояла глиняная бутыль с отбитым горлышком, а рядом с ней лежала дощечка с козьим сыром и ржаным хлебом, нарезанным крупными кусками.
Марк отпил глоток вина и поднял свою чашу:
– За богов... Пусть они и впредь будут к нам благосклонны.
Деций хранил молчание. На его красивом лице, покрытом щетиной, столь непривычной для его нежно-утончённого облика, отражалась смертельная скука.
– Всё настолько непрочно, – наконец обронил он, глядя на пламя в очаге.
Казалось, он был готов сказать больше, но сдержался.
– В чём дело, брат? Ты считаешь, что нам не за что благодарить богов? Или ты так и не поверил в их милосердие? – с упрёком спросил его Марк.
Деций уклонился от вопроса, допил своё вино и ненадолго задумался.
Да, пожалуй, пока их дела шли неплохо и всё складывалось в пользу Марка и его возлюбленной. Страдания, телесные и душевные, остались в прошлом; влюблённые воссоединились и готовы дальше идти по жизни рука об руку. Однако приключения беглецов на этом не закончились: до тех пор, пока они оставались в пределах Италии, им всем угрожала опасность. Симин, бывший раб Альбии, укрыл их в своём доме, он же договорился со знакомым, служившим помощником капитана на одной из тех галер, что отплывали в заморские провинции. Если бы не болезнь весталки, они бы уже были на пути в Ахайю, где недалеко от прекрасного Коринфа жил дальний родственник Блоссиев. Правда, Марк не собирался там задерживаться, рассудив, что нужно бежать дальше, туда, где их точно не будут искать. Деций предпочёл бы всё же остаться в Коринфе, среди ценителей редких вин и красивых женщин. Но теперь время упущено: подули сильные ветры, море забурлило. Какой капитан отважится вывести свой корабль в бурю?..
В отличие от Блоссия-младшего, Альбия не ощущала страха перед возможными преследованиями. Она была опьянена радостью свободы и любви. Марк был рядом, он говорил ей о своих чувствах и своих мечтах, а она слушала, вскидывая на него сияющие любовью глаза в трепете длинных ресниц. В каждом его прикосновении она чувствовала, как он страстно и безмолвно сливается с ней, – и замирала в предвкушении чего-то неведомого, безмерно сладкого и... неотвратимого.
– О, какая скука! – громко проговорил Деций, потянулся и заложил над головой сплетённые пальцы. – Сколько дней сидим в этой богами забытой деревне, прячемся от людей, боимся выйти дальше двора! Я уже забыл, как выглядит тепидарий, забыл, как чудесно пахнет в элеотезии, забыл вкус изысканных блюд и тончайших вин! Стоит ли упоминать, как я истосковался по объятиям любвеобильных римских матрон!..
– Ну, о римских матронах тебе придётся всё же позабыть, – с улыбкой заметил Марк. И потом прибавил: – А что касается тепидария и прочих благ, их нам предоставит наш коринфский дядя. Через два дня из гавани Остия в Сицилию отплывает корабль лилибейского торговца. Владелец готов взять нас на борт своего судна за определённую мзду – за этими деньгами я и отправил Симина в Кампанию к нашим друзьям. Кстати, денег понадобится много: ведь нам предстоит долгое путешествие...
Выслушав брата, Деций кивнул с мрачным видом, но потом лицо его просияло, как будто на ум ему пришла какая-то удачная мысль.
– Знаете что? Пойду-ка я лучше в другое местечко. – С этими словами он поднялся на ноги. – Полагаю, если не здесь, то в ближайшем городишке должны быть прехорошенькие сговорчивые девушки...