Загубленная любовь [Tainted Love]

Женщина есть женщина

Когда я была маленькой, самым главным событием недели для меня был субботний поход в кино на утренний сеанс. В нашем местном кинотеатре крутили все обычные сериалы студий «Юниверсал» и «RKO»[125], от «Флэш Гордон»[126] до «Коммандо Коди»[127], но любимым фильмом моего детства были двенадцать коротких серий, снятых в тот год, когда я только родилась — «Чёрный кнут Зорро». В главной роли снялась Линда Стирлинг, она играла Барбару Мередит, владелицу газеты «Айдахо», которая тайком облачалась в кожаный костюм и маску, становясь грозой преступников по прозвищу Чёрный Кнут. Барби настолько мастерски владела пистолетом и длинным кнутом, что негодяи и не догадывались, что перед ними женщина. Уже в восемь лет я завидовала её формам и никак не могла понять, почему мужчины, с которыми она сражалась, не замечали её пола, ведь у неё была такая пышная фигура. Чёрный Кнут была для меня первым образцом для подражания, а в конце концов таковыми стали французские и датские актрисы, такие как Катрин Денёв и Анна Карина[128], намного сильнее задавшие мне образцы того, какой надо быть. Скажем так, едва я возжелала жизни как у Барбары Мередит, как поняла, что не буду жить в Гриноке. Яркие огни более крупных городов уже в восемь лет манили меня. Гринок же в пятидесятые был совершенно серым, мокрым и холодным; во всяком случае, таким он помнится мне.

В Лондон я приехала в 1960 году, мне тогда было шестнадцать, и я почти сразу вошла в круг тех, кого газета «Melody Maker» окрестила модернистами. Другими словами, презирателями условностей, которые собирались в клубах вроде «Фламинго» послушать записи, например, Сонни Роллинса[129] и Майлза Дэвиса[130]. Все свободные от работы ночи я просиживала там, там же и перезнакомилась со многими студентами школы искусств Слейда[131]. Парни, о которых идёт речь, ходили на лекции по киноискусству профессора Торелла Дикенсона и были членами киноклуба колледжа. Я старалась ходить на все французские фильмы, где бы их ни крутили. Именно в Слейде я впервые увидела многие фильмы Годара[132], в том числе «Женщина есть женщина»[133] «и «Жить своей жизнью»[134]. Мне очень понравился «На последнем дыхании»[135], но детальное исследование Годаром характерных особенностей игры его жены, Анны Карины, снимавшейся в главных ролях, было для меня намного важнее. В снятом в 1961 году «Женщина есть женщина» Карина играет стриптизёршу, которая очень хочет ребенка. Сценарий ничего особенного не представляет, и фильм в целом вытягивает лишь обаяние Карины. В то время я самостоятельно осваивала французский методом просмотра сдублированных фильмов, так что высоко оценила то, что в этой ленте героиню Карины Анжелу зверски ругают за недостаточное владение французским. В фильме 1962 года «Жить своей жизнью» Годар и Карина подошли ещё ближе к тому, что я считала «своей территорией». Это фильм о девушке по имени Нана, она мечтает о карьере актрисы, но в конце концов становится проституткой. Это так напоминало историю моей собственной жизни — впервые посмотрев «Женщина есть женщина», я даже перекрасила свои светлые волосы в чёрный цвет, потому что тёмные локоны Карины казались мне просто фантастическими. В «Жить своей жизнью» есть несколько совершенно невероятных сцен, включая снятую в стиле документального кино, в которой Нана показана «на работе», в то время как за кадром она обсуждает со своим сутенером механизмы парижской торговли сексом.