Становление Гитлера. Сотворение нациста
- Автор: Вебер Томас
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Claus Ltd, St Ives. Plc
- ISBN: 978-0-19-966462-7
- Переводчик: Борис Львович Кузьмин
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Становление Гитлера. Сотворение нациста». Краткое содержание книги:
В книге «Становление Гитлера» (Becoming Hitler) Томас Вебер продолжает с того места, где он остановился в своей предыдущей книге «Первая война Гитлера» (Hitler's First War), снимая слои мифов и фальсификаций в собственном повествовании Гитлера, чтобы рассказать реальную историю политизации и радикализации Гитлера в Мюнхене после Первой мировой войны. Это захватывающий рассказ о том, как неуклюжий безработный одиночка с практически неразличимыми качествами лидера и неустойчивыми политическими идеями превратился в харизматичного, уверенного в себе, ожесточённо антисемитского вождя с подходом к политике по принципу «всё или ничего», с которым мир вскоре станет трагически знакомым. Вебер ясно показывает, что картина полностью сформировавшегося политического вождя, какую Гитлер изобразил в Mein Kampf, довольно далека реальности. В начале 1919 года идеи и предпочтения Гитлера были все еще весьма неясными и большей частью неопределенными, и они продолжали изменяться до 1923 года.
Подтверждением возникновения Гитлера стал провалившийся путч Людендорфа в ноябре 1923 года и последовавший за ним судебный процесс Людендорфа. В то время, как инициаторы и зачинатели политической сцены Мюнхена в ходе судебного процесса старались всю вину свалить на Гитлера, тому была предоставлена блестящая возможность поместить себя в центре внимания, превращая то, что было «процессом Людендорфа», в «процесс Гитлера».
С этого времени он больше не будет просто локальным баварским политическим лидером. Отныне он станет выставлять себя в качестве потенциального «спасителя нации». В последовавшие за судебным процессом месяцы Гитлер укрепил этот миф написанием Mein Kampf в своей комфортабельной тюремной камере. Его годы трансформации были теперь позади. Его годы в качестве Фюрера должны были вскоре прийти.
Эта книга — научное исследование немецкого историка Томаса Вебера — в оригинале снабжена множеством ссылок на библиографические источники, как и подобает серьёзному труду. В данном переводе ссылки на источники опущены и добавлено несколько примечаний переводчика.
Девятое июля изменило всё для Гитлера, поскольку ратификация мирного договора имела следствием его запоздалую реализацию того, что Германия действительно проиграла войну. Это был момент прозрения Гитлера, его драматическое политическое преображение. Оно произошло ни во время его жизни в Вене, ни в течение войны, ни во время революционного периода, ни вследствие кумулятивного опыта войны и революции. Наоборот, оно случилось вследствие его отложенной реализации поражения в постреволюционном Мюнхене. Это теперь началась политическая трансформация и радикализация Гитлера.
Подписание и ратификация Версальского договора (см. фото 7) были травматичны не только для Гитлера, но и для людей в Мюнхене по всему политическому спектру. Например, Рикарда Хух, романист, драматург, поэт и документалист либерально-консервативных убеждений, а также защитник прав женщин, напишет своей лучшей подруге, либеральному члену Национальной Ассамблеи, Марии Баум позже в том месяце: «Подписание мира оставило у меня ужасное впечатление. Я не могла полностью оправиться. Постоянное ощущение дискомфорта».
Несмотря на последующее обращение Гитлера из политической целесообразности к 9 ноября 1918 года — когда революция в Берлине покончила с имперской Германией — как к тому дню, который предположительно «сотворил» его, в действительности же 9 июля 1919 года было гораздо более важной датой в метаморфозе Гитлера. Его более позднее подчёркивание важности 9 ноября, как преобразившего его политически, позволит Гитлеру датировать более ранней датой своё политическое преображение и тем самым натянуть покров над своим соучастием в последующих революционных режимах. Это позволит ему в Mein Kampf мельком пройтись по своему опыту между его возвращением в Мюнхен в ноябре 1918 года и падением мюнхенской Советской республики. Его описание в Mein Kampf своей жизни во время этих шести судьбоносных месяцев насчитывает 189 слов и могло бы уместиться на обратной стороне почтового конверта. Даже его описание своих разногласий с отцом в возрасте одиннадцати лет — какую школу он должен посещать — более чем в два раза длиннее этого.
Тем не менее, его фокусировка на 9 ноября 1918 года не была исключительно приспособленческой. На всю оставшуюся жизнь Гитлер снова и снова станет возвращаться к одним и тем же двум вопросам: как может быть аннулировано поражение Германии в ноябре 1918 года? И как следует преобразовать Германию, так, чтобы в ней никогда снова не смог случиться ноябрь 1918 года, но и чтобы она была в безопасности на все времена?
Например, в ночь с 22 на 23 июля 1941 года, через несколько часов после налёта бомбардировщиков люфтваффе на Москву, мысли Гитлера будут сфокусированы не на самой России. Вместо этого он станет размышлять о том, как военная кампания в России сможет помочь сбалансировать взаимоотношения Британии и Германии, тем самым отменить ноябрь 1918 года и создать устойчивую международную систему, в которой смогут сосуществовать Германия и Британия: «Я верю в то, что конец войны [с Россией] будет началом прочной дружбы с Англией. Условия для нашей жизни в мире с ними станут нокаутом, который англичане ожидают от тех, кого они должны уважать. 1918 год должен быть стёрт». До своего смертного дня Гитлер твёрдо верил, что обращение вспять условий, которые в его сознании сделали возможным поражение в Первой мировой войне, было единственным способом устранить стоявшую перед ней Германией угрозу её существованию, и дать ей возможность выжить в быстро меняющемся международном окружении. Оглядываясь в прошлое, события 9 ноября 1918 года, таким образом, составляли для Гитлера самую суть всех проблем Германии.
С ратификацией 9 июля 1919 года Версальского договора СДПГ больше не была подходящим политическим домом для Гитлера. И события того дня обеспечили то, что политический католицизм не станет его новым домом. Почему? Хотя возглавляемое социал-демократами правительство Германии подало в отставку в знак протеста против условий мира, новое правительство, сформированное СДПГ и Партией Католического Центра, в конце концов подписало мирное соглашение, а депутаты рейхстага от СДПГ и Партии Центра ратифицировали его.
Последующие свидетельства людей, которые взаимодействовали с ним летом 1919 года, открывают важность Версальского договора для Гитлера в то время. Один из его товарищей по демобилизационной части будет утверждать в 1932 году, что в начале лета 1919 года Гитлер стал одержим мирным соглашением: «Я всё ещё вижу его сидящим передо мной с первым изданием Версальского договора, которое он изучал с утра до ночи». Далее, Германн Эссер в интервью в 1964 году заявит, что как пропагандист рейхсвера Гитлер фокусировался прежде всего на темах Версальского договора и Брест-Литовского мира, который закончил войну между Германией и Россией в начале 1918 года. Кстати, Гитлер сам в одной из своих ранних речей 4 марта 1920 года заявит, что вначале люди поверили, что обещание Вудро Вильсоном мира между равными станет явью: «Мы, немцы, огромное большинство нас, кто добродушен и честен, поверили обещаниям Вильсона примирительного урегулирования мира и были столь горько разочарованы».