10 минут 38 секунд в этом странном мире [10 Minutes 38 Seconds in This Strange World] [litres]
- Автор: Shafak Elif
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Аттикус БЕЗ ПОДПИСКИ
- ISBN: 978-5-389-18949-2
- Переводчик: Ольга Ильинична Лютова
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «10 минут 38 секунд в этом странном мире [10 Minutes 38 Seconds in This Strange World] [litres]». Краткое содержание книги:
Ноябрь 1963 года. Ближе к концу месяца Таркан серьезно заболел. Его грипп превратился в пневмонию, однако врач сказал, что в действительности у него слабое сердце. Свадебные хлопоты отложили. Тетя была вне себя от волнения. Как и Лейла, хотя охватившее ее онемение лишь только усугубилось с течением времени и ей было невероятно тяжело показывать свои эмоции.
Часто приходила жена дяди, предлагая помощь, принося домашнюю еду – жаркое и подносы с пахлавой, словно в дом скорби. Порой Лейла ловила на себе пристальные взгляды женщины, которые выражали нечто вроде жалости. Сам дядя не показывался. Лейла так и не узнала, кто так решил – он сам или баба́.
В день, когда умер Таркан, они широко распахнули все окна в доме, чтобы его душа поменялась местами со светом, а его дыхание стало воздухом, а то, что осталось от него, улетело с миром. Словно пойманная бабочка, подумала Лейла. Именно так жил ее брат среди них. Она опасалась, что все они бросили этого чудесного ребенка – один за другим, включая ее саму, особенно ее саму.
В тот же вечер, когда еще было совсем светло, Лейла ушла из дома. Она уже давно собиралась это сделать, поэтому, когда наступил удобный момент, она сделала это быстро, мысли беспорядочно крутились у нее в голове, и она опасалась: если задержаться даже на секунду, храбрость покинет ее. Поэтому она ушла, даже не задумавшись, даже не моргнув. Только не через кухонную дверь. В кухне сидели все: родственники и соседи, мужчины и женщины, представители противоположных полов могли безнаказанно общаться только во время свадеб или похорон. Голоса гостей стихли, когда имам начал читать суру Аль-Фатиха: «Веди нас прямым путем, путем тех, кого Ты облагодетельствовал, не тех, на кого пал гнев, и не заблудших».
Лейла прошла в переднюю часть дома и открыла главную дверь, тяжелую и прочную, с литыми засовами и железными цепями, которые были до странности легкими на ощупь. В ее сумке лежало четыре крутых яйца и десяток зимних яблок. Она направилась прямиком к дому Дамы Фармацевта, но войти в него не решилась. Она немного побродила вокруг, неторопливо прошлась по старому кладбищу за аптекой, читая имена умерших на могильных камнях и задумываясь о том, какую жизнь они прожили, и ждала, когда ее друг вернется из школы.
Деньги, которые ей нужно было потратить на автобусный билет, Синан украл у мамы.
– Ты уверена? – то и дело спрашивал парнишка, провожая ее на автобусную станцию. – Стамбул огромный. Ты там никого не знаешь. Оставайся в Ване.
– Зачем? Мне тут больше нечего делать.
На его лице вспыхнула боль, которую Лейла заметила слишком поздно.
– Я не имею в виду тебя. Тебя мне будет ужасно не хватать.
– Мне тебя тоже, – сказал он; его верхнюю губу уже затемнял легкий пушок.
Бутуз испарился. В последнее время Синан похудел, его круглое лицо как-то осунулось, а скулы стали более заметны. В какой-то момент он собрался было сказать что-то еще, но смелость прошла, и он отвел взгляд.
– Слушай, я буду писать тебе каждую неделю, – пообещала Лейла. – Мы увидимся снова.
– Может, здесь тебе будет безопаснее?
Лейла не произнесла этого вслух, но где-то в глубине ее души отозвались слова, которые, как ей казалось, она уже где-то слышала: «Даже несмотря на то, что здесь безопасно, как ты считаешь, это не значит, что место подходящее».
В автобусе пахло дизелем, лимонным одеколоном и усталостью. Сидевший перед ней пассажир читал газету. Когда Лейла увидела новости на первой полосе, ее глаза округлились: совершено покушение на президента Америки, человека с лучезарной улыбкой. В газете были фотографии его самого и его красавицы-жены в шляпке-таблетке – всего за минуту до первого выстрела они ехали в автоколонне и махали толпе. Лейле хотелось прочитать побольше, но свет вскоре выключили. Она вынула из сумки яйцо, очистила его и потихоньку съела. Потом время замедлилось, и ее веки сомкнулись.
Лейла настолько ни о чем тогда не знала и не подозревала, что и впрямь считала: она справится со Стамбулом и победит мегаполис в игре, где действуют лишь его собственные правила. Однако она не была Давидом, а Стамбул – Голиафом. Никто не молился о том, чтобы она выиграла, и ей не к кому было обратиться в случае поражения. Там все мгновенно и запросто исчезало. Это она поняла в момент прибытия. Пока она умывалась в туалете на автобусной станции, кто-то украл ее сумку. В одну секунду Лейла лишилась половины своих денег, оставшихся яблок и браслета – того самого, который поднял вверх ее младший брат на церемонии в честь прорезывания зубов.