Добрыня Никитич и Алеша Попович

— Дай ты мне во това́рищи 55 Хоть мла́дого Добрыню Микитьевича. Пишите письма скорописчаты О добром деле о сва́товстве, Седлайте, уздайте добры́х коней. Дали ему во това́рищах 60 Мла́дого Добрыню Микитьевича, Писали письма скорописчаты О добром деле, о сватовстве, Седлали уздали добрых коней, На коней клали попу́тники, 65 На попутники клали наметники, На наметники седелышка черкасские, Вид’ли добрых молодцов сядучи, А не вид’ли во чисто поле поедучи. Не воротами мо́лодцы поехали, — 70 Их добры кони через стену скочили городовую, Поехали дорогами не окольныма, А поехали дорогами прямоезжима. Скоро скажется, а тихо деется. Приехали в земли ляховинские, 75 Ко ко́ролю Микуле ляховинскому. Ён оставил Добрыню середи́ двора. Во левой руке два по́вода шелковыих, Держит два ко́моня добрыих, Во правой руке дубинка вязовая. 80 А Дунай пошел на высо́к терем, Пришел Дунай на высок терем, Крест кладет по-писа́ному, Поклон ведет по-ученому, На две, на́ три, на четыре на сторонушки, 85 А ко́ролю Микуле в особину: — Здравствуй король земли ляховинския! Спрого́вори король земли ляховинския: — Ай же вы, горланы святорусьские! Зачем же приехали на короле́вский двор? 90 Безданно заехали, беспошлинно? Спрого́вори сильнёй Дунай Иванович: — Заехали мы на королевский двор, Хоть безданно, заехали, беспошлинно, О добром деле, о сва́товстве. 95 Кладывае письма скорописчаты, На столики ён на дубовые, Спроговори король земли ляховинския: — Хоть вы приехали о добром деле о сватовстве, Я за ваши речи неумильные 100 На год тебя кладу в конюхи, На дру́гой кладу тебя во по́вары, А на третий кладу в по́гребы глубокие, Железной дощечкой призадвину тебя, Пропитомство кладу овса́ с водой, 105 Пусть-ко Дунай воспотешится, Ума-разума в головку побирается. Он повесил свою буйную головушку, Утопил свои ясные очушки А в тые столики дубовые, 110 В тые мосты во кленовые, Здынул свою белую ручушку, Ударил кулаком во столики, Тут столики вси пороссыпались, Крыльца-перильца покосились. 115 Король по терему побегивает, Куньей шубой окрывается: — Ах-ти ми́, ребята, на беду попал, Ах-ти ми́, ребята, на велкую: Не знаю как с бедою розвязатися? 120 Прибежали слуги его верные С его двора королевского: — Король земли ляховицкия! Ты ешь-пьешь, похлаждаешься, А над собою невзгоды не ведаешь. 125 На твоем дворе на королевскоем Не ясный сокол полетывает, Не черной ворон попурхивает: Поскакиват удалый добрый молодец. В левой руки два повода шелковыих 130 Держит два ко́моня добрыих, Во правой руки дубинка вязовая, Полна дубина свинцу на́лита. Ен куды махне́т, падут у́лицама, А о́тмахнет — переулкама, 135 Крупных татар убил сорок ты́сячей, А мелким татаришком тым и сметы нет. Не оставил татаришек на семены. Король земли ляховинския, Ён по терему побегивает, 140 Куньей шубой укрывается: — Бежите, слуги мои верные, Отом(к)ните тридевять замочики, Ведите Опраксию Микуличну, Мойте Опраксию белешенко, 145 Сокрутите ю хорошохонько, Посадите ю на добра коня, Отпустите в земли святорусьские. Сходили слуги его верные, Отом(к)нули тридевять замочики, 150 Взяли Опраксию Микуличну, Мыли тут Опраксию белешенько, Сокрутили ю хорошонько, Посадили ю на добра коня, Отпустили в земли святорусьские. 155 В том во чистом полюшке Сустигла их темная ночушка. Бел они шатер роздернули и спать легли. В головы клали саблю вострую, Возли себя копье мурамецкое, 160 В ноги палицу булатную. Вставае сльнёй Дунай Иванович, По утрушку вставае ранёшенько, Выходи на путисту дороженку, Там еде поляница удалая, 165 По колен в землю конь угрязывает. Прибежал силнёй Дунай Иванович: — Вставай, Добрыня Микитьевич! Садись, Добрыня, на добра коня, Поезжай ты в земли святорусьские, 170 Вези Опраксию Микуличну, Скажи поклоны челом-битьице, Всему городу Киеву, Ласкову князю Владимиру. А’ще ль я жив буду, поеду за поляницей за удалою. 175 Съехались с поляницей они с удалою, Начали биться тут, ратиться, Ударились палицами булатныма, Палицы до рук прилома́лися. Ударились копями мурамецкима, 180 Копейца в одно́ место свивалися. Ударились саблями вострыма. Сабли до рук притупилися: Боль нечем биться, ратиться. Стали биться боем кулачныим, 185 Ён побил поляницу удалую: Не сам ён побил, ему бог пособил. Вынял с ножни́ свой вострый нож, Хоть пластать ёй белу грудь. А груди мягки по-женьскому. 190 Стал у нёй тут и выспрашивать: — Скажи, поляница удалая! Какой ты орды и какой земли? А говори́т поляница удалая: — Я кабы сидела на твоих грудях, 195 Пластала бы твои груди белые, Не спрашивала бы ни какой орды, ни какой земли. Говорит сильней Дунай Иванович: — Не стану я пластать твоих белых грудь, Только скажи ты какой орды, какой земли? 200 — Коли ты стал у меня выспрашивать, Я тебе буду высказывать: Я есть земли ляховинскоей, Короля Микулы ляховинския Бо́льша дочь Настасья Микулична. 205 Приехали горланы святорусьские, Увезли мою сестрицу родимую. Спрого́вори сильнёй Дунай Иванович: — Ай же ты, Настасья Микулична! Сядем-ка, пойдем на добрых коней 210 Поедем-ко к стольнему граду ко Киеву, Ко ласкову князю Владимиру, Станем мы креститься, молитвиться, Сходим мы с тобою во божью церковь, Примем мы с тобою золоты венци. 215 Здымал ю за ручки за белые. За тыи перстни злаченые, Посадил Настасью на добра коня, Поехали они тут во Киев град. Настасья Микулична во божью церковь, 220 Апраксия Микулична с божьёй церкви. На церковном крыльце они встретились, Тут они поздоровались, Сходили тут они во божью церковь, Приняли тут они золоты венци, 225 Жили они тут и три годы. Тут князь Владимир киевской, Заводил он свой почестен пир На всих на князей, на бо́яров, На русьских могучих богатырев. 230 Красно солнце на вечери, Почестен пир у них на весели, Вси на пиру пьяны, веселы. Спрого́ворит сильнёй Дунай Иванович: — Я-ка в зе́млях ляховинскиих, 235 Как сам женился, да царя женил, Вытащил две белые две лебеди. А спрого́вори Настасья Микулична: — Ай же ты сильней, Дунай Иванович! Хоть ты сам женился да царя женил, 240 Хоть ты вытащил две белыих лебеди; Много в чисто́м поли езживал, А не стреливал только стрелочки калёноей, А не попадывал в колечко золоченое. Как я стрелю стрелочку каленую, 245 Так я попаду в колечко золоченое, Не убью тебя во чисто́м поли. А тебе не стрелить стрелочки каленой, Чтобы попасть в колечко золоченое: Ты у́бьешь Настасью Микуличну. 250 Тут они пошли во чисто́ поле. Настасья Микулична стрелила стрелочку каленую, Так попала в колечко золоченое. Тут она и расплакалась: — Ай же, сильней Дунай сын Иванович! 255 Не стреляй стрелочки каленоей, Тебе не попасть в колечко золоченое. Тут сильнёй Дунай Иванович Стре́лил стрелочку каленую, Не попал в колечко золоченое, 260 Попал Настасье Микуличне в белы груди, Убил Настасью Микуличну, расплакался: — Где пала лебедь белая, тут пади и ясно́й сокол. Вынял з ножни́ свой вострый нож, Поставил вострый нож на сыру землю, 265 Тупым концем во сыру землю, Вострым концем во белы груди. Где пала лебедь белая, тут протеки река Черная, А где сильныий Дунай, Дунай сын Иванович, Тут протеки матушка Дунай-река 270 От ныне и до века.