Каменное сердце [= Камни вместо сердец][Heartstone]

Следом за женщиной мы вошли в сырой коридор, а потом двинулись через внутреннюю дверь в ее собственную комнату: она оказалась небольшой, с полом, застланным грязным тростником, а из мебели здесь имелись лишь стол и кровать. На столе лежал старый железный ключ. Окна не были застеклены, и глазки в ставнях тоже были открыты. Я заметил, что подмастерья пристально наблюдают за домом. Следом за мной Салли тоже посмотрела в окно.

— Эти парни торчат здесь целыми днями, — посетовала она. — Уж и не знаю, когда уйдут!

— Из какой они гильдии? — спросил я. — Мастерам следовало бы лучше приглядывать за ними.

— Понятия не имею. Сейчас многие подмастерья потеряли места и остались не у дел. Мой муж работал посыльным у немецких торговцев на Стальном дворе, но торговля прекратилась, а корабли теперь ходят неизвестно куда. Он как раз ищет место. — На лице Салли отразилась крайняя усталость.

Джек взял ключ:

— Мы можем взглянуть на место происшествия?

— Да. Бедный Майкл, — печальным голосом добавила молодая женщина.

Я поднялся по пролету узкой лестницы следом за Бараком. Он вставил ключ в замок на обшарпанной двери, и та, скрипнув, отворилась. Ставни на небольшом окошке были закрыты, не позволяя что-либо рассмотреть. Мой помощник распахнул их настежь. Я увидел крохотную каморку с пятнами сырости на стенах. Узкая соломенная постель, подушка, рваная простыня… Крышка старинного сундука была откинута, открывая неопрятную груду одежды. Обстановку комнаты дополняли стол с изрезанной столешницей и перевернутый стул, лежавший на полу, рядом с гусиным пером и пыльной высохшей чернильницей. Глянув вверх, я заметил полосу белой простыни на потолочном брусе. Конец ее был обрезан.

— Раны Христовы! — воскликнул я. — Да здесь все до сих пор так, как было, когда Кафхилла вынимали из петли!

— Должно быть, коронер приказал, чтобы все осталось в неприкосновенности до судебного дознания.

— А потом забыл сказать, что в комнате можно убрать. Вполне в духе коронера Грайса.

Я оглядел жалкую комнату, в которой Майкл провел свои последние дни. Джек подошел к сундуку и принялся осматривать его содержимое.

— Здесь только одежда, — прокомментировал он. — Одежда и несколько книг. А еще тарелка и ложка, завернутые в кусок ткани.

— Дай-ка глянуть! — Я посмотрел на книги: латинская и греческая классика, обычные книги учителя. Томик «Токсофилуса», трактата Роджера Аскэма о стрельбе из лука; эту книгу по словам королевы, читала леди Елизавета. — Странно, что все это не изъяли в качестве вещественных доказательств.

— Коронер провел тут всего пять минут. — Застывшая в дверях Салли обвела комнату скорбным взором. — Не потому ли вы здесь, сэр, что он халатно отнесся к своему делу?

— Да, это так, — подтвердил Барак, прежде чем я успел открыть рот.

Молодая женщина продолжала оглядываться по сторонам: