Самая настоящая Золушка
- Автор: Субботина Айя
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Литнет
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Самая настоящая Золушка». Краткое содержание книги:
Глупо любить мужчину с обложки, но сердцу не прикажешь.
Да и Золушки существуют только в книгах и кино.
Но однажды мне придется стать его женой.
И я узнаю, чего стоит красивая жизнь в замке Бессердечного короля.
— Ты сказала, если я когда-нибудь заблужусь, ты найдешь меня в этом лабиринте.
— И ты заблудился?
Он грустно мотает головой, нарочно сторонясь, когда я решаюсь на физический контакт с его кожей.
— Нет, Золушка, я потерял в нем тебя.
Сейчас, когда между нами снова слишком большое расстояние, я и правда чувствую себя заблудившейся. Как будто шла по знакомой улице, заглянула за поворот — и поняла, что не знаю, где я и кто я, а за моей спиной густой непроходимый лес, и проще статься здесь, чем пытаться найти дорогу обратно. Проще — и трусливее.
А еще, несмотря ни на что, вопреки играм разума и непонятному желанию держаться подальше от этого мужчины, я испытываю острую, жалящую сквозь невидимые слои брони потребность притронуться к нему, быть так близко, как только возможно. Просто чувствовать, что он рядом, наслаждаться запахом, от которого приятно кружится голова.
— Мы будем семьей? — спрашиваю не я, а та крохотная часть меня, которая не помнит, как мы стали мужем и женой, но помнит тепло его тела, когда он впервые уснул в нашей кровати.
Я цепляюсь за подсказку, словно падающий альпинист. Не знаю, откуда это в моей голове, но откуда-то знаю, что, когда люди случайно срываются с большой высоты, они умирают до того, как ударятся об землю. Умирают от страха.
Секунду назад я падала в неизвестность и мне было так страшно, что я почти слышала, как сердце вот-вот разорвется. А потом появилось вот это — тепло, ползущее вверх по ладони, от кончиков пальцев к запястьям, вверх по руке, до локтя, а потом и плеча. Как будто кто-то тянет меня за невидимые ниточки.
Мне необходимо до него дотронуться, но Кирилл снова отступает, поворачивается — и я в самом деле теряюсь между геометрическими линиями лабиринтов на его спине.
— Мы будем вместе, как муж и жена, — говорит сдержано, совсем немного поворачивая голову в мою сторону так, словно знает, что я могу часами любоваться его профилем и острым носом, и даже неправильной формой губ. — Ни на что другое я не претендую.
«Почему?» — беззвучно спрашиваю я.
И хоть Кирилл не может этого слышать, каким-то образом он угадывает и отвечает:
— Кажется, теперь тебе не очень приятны мои прикосновения.
— Почему?! — на этот раз уже почти кричу ему в спину, потому что он очень быстро шагает в сторону лестницы. — Скажи мне, что случилось? Скажи правду о нас!
Глава двадцать четвертая:
Кирилл
Мне невыносимо находиться рядом.
И невыносимо быть далеко, не видеть ее и не слышать голос, который сотни раз становился моей путеводной звездой в мире, где я ничего не смыслил в людях и ничего не знал о жизни. Я был великаном с огромным мечом и каменными кулаками, моей силы хватило бы, чтобы уничтожать драконов, как мух, и крошить горы в прах. Но именно такой, познавший силу, власть и беспринципность, я оказался абсолютно зависим от маленькой глупой замарашки.
Чья сила была лишь в том, что она любила меня просто так.
Я застреваю на лестнице, как отцепленный вагон. Мысли давно унеслись в утренний сон, где я снова и снова притрагивался к своей Золушке, где она была абсолютно голой передо мной, а от вида ее возбужденной твердой груди яйца сжимались до почти болезненной твердости.
Если я притронусь к ней сейчас — она будет так же бесстыже раздвигать ноги?
Я громко хмыкаю, наверняка зная не такой приятный, но абсолютно правильный ответ.
Что-то произошло за те три дня, раз моя маленькая жена, чьи прикосновения приносили мне боль и наслаждение, вдруг перестала желать меня рядом.
То, чего я всем сердцем желала год назад, наконец, исполнилось. Никто не лезет ко мне, не притворяется кошкой, чтобы забраться на колени, не заглядывает в лицо с ласковой улыбкой. Я абсолютно избавлен от любого физического контакта с ее кожей.
Но именно этого сейчас я желаю больше всего.
— Правду? — Я выкраиваю время, пытаясь потянуть с ответом, пытаюсь усмирить злость, но это бессмысленно. Она уже течет по венам, к чертям сносит дамбу моего терпения, так что приходится изо всех сил сжать пальцы на перилах, наплевав на то, что рубашка все еще висит на моих запястьях, словно черный символ поражения. — Я не знаю правды, Катя! Меня не было всего три дня, а когда я вернулся, то вместо любящей жены увидел перепуганную незнакомку, которой было так противно мое присутствие, что она предпочла свалиться с лестницы, лишь бы избежать моих прикосновений!
— Что? — Катя обхватывает себя за плечи и начинает испуганно оглядываться, как будто боится удара в спину. — Это должно быть… какая-то ошибка.