Подкидыш для Цербера (СИ)

- Дело не в одежде... Ты совершенно изменилась. Этот взгляд, осанка, походка.... Ты смотришь на других так, как делают это королевы - свысока, словно считаешь всех остальных низшими по рангу. А какой мужик не мечтает взобраться на неприступный Эверест.

- Скажешь тоже, Эверест, - отмахнулась я. - Хотя если учитывать мой рост... то, пожалуй.

На такой довольно игривой ноте мы и ввалились в кабинет руководителя. Именно ввалились, потому как Светка имела странную привычку одновременно стучать в дверь и толкать ее крутым бедром. Последствия не заставили себя ждать.

В это же время Николаичу приспичило выйти, и он широко распахнул дверь кабинета. Светка, теряя равновесие, уцепилась за меня. И обе мы упали к ногам офигевшего начальника.

Стоит отдать ему должное: подал дамам руки и проявил чувство юмора:

- Вставайте, девоньки... я уже слишком стар, чтобы валяться сразу с двумя на паласе в кабинете.

Дружный хохот стал тем допингом, что дал мне возможность собраться с духом и без запинок доложить о выполненном задании. Пусть времени потребовалось больше, чем планировалось изначально, - главное ведь результат!

Заканчивая речь, я передала Николаичу конверт, полученный от Сандро, и попросила:

- Если это возможно, проведите экспертизу снимков. Сдается, неспроста за ними охотилось столько народа. Что-то в них есть...

Глаза Николаича азартно засияли.

- Да ты просто сокровище, Верочка, - объявил он, пожимая мне руку. - Я не стану спрашивать, каким образом тебе удалось ими завладеть.

Его замечание о том, как я получила снимки, заставило меня зарумяниться, словно школьницу. А еще слегка царапнуло имя «Вера» - кажется, я от него отвыкла. Как и от всей обстановки отдела. От людей. От работы... Ото всей обыденной жизни.

И как же тяжело было возвращаться в реальность из той сказки, что подарил мне Сандро. Я отчаянно цеплялась за воспоминания, отказываясь верить, что все осталось в прошлом. И ничего уже не вернешь.

Николаич не стал пенять мне за то, что не сообщила немедленно об отъезде Бруни. Как и за то, что с того момента, как с меня сняли гипс, я всего один раз вышла на связь с отделом.

Но я словно выпала из реальности рядом с Сандро. И Николаич, пусть и прожженный и потрепанный жизнью сухарь, прекрасно это понимал. И не упрекал.

- Что ж, я обещал тебе премию - и непременно это обещание исполню, - чуть ли не радостно сообщил он в конце разговора. - Сейчас утрясем дело с экспертизой и приобретем тебе путевку. Италию не обещаю, а вот Крым - пожалуйста.

Его шутка не показалась смешной. Одно упоминание об Италии и о Сандро, вернувшемся туда, заставило меня печально вздохнуть.

Поняв, что ляпнул глупость, Николаич прокашлялся в кулак и примирительным тоном сообщил:

- Повышение тоже дам. Еще бы! Такой ценный кадр. Отдохнешь недельку-другую и можешь вступать в новую должность.

Но и от этого предложения я не испытала прилива воодушевления.

- Спасибо, не нужно, - возразила мягко, но убедительно. - Продолжу работать в архиве. Прямо сегодня. Если позволите...

Николаич несколько минут задумчиво рассматривал мой профиль и ожесточенно скреб свою макушку. Но он же оперативник, ему по статусу не положено удивляться.

- Хорошо, Верочка, иди... - задумчиво проронил начальник. И тут же заметил: - Но если что-то понадобится, только свистни.

- Непременно, - кивнула я и направилась к выходу. Возле двери обернулась и попросила: - Когда эксперты исследуют снимки, можно будет узнать результат?

Вообще-то я понимала, что дальнейшее расследование смерти Лисицына не имеет ко мне никакого отношения. Но интересно же знать, ради чего рисковала жизнью и здоровьем.

Николаич кашлянул и согласился:

- Постараюсь поставить тебя в известность. Но сама понимаешь...

Он обезоруживающе развел руками, намекая, что не все от него одного зависит.

- Понимаю, - бросила я. - Спасибо.

Пока добиралась до своего рабочего места, успела возненавидеть шумные коридоры, заинтересованные взгляды и многочисленные вопросы и приветствия. М-да, пребывание на тихой вилле в компании немногословного ее хозяина явно приучило меня к тишине и покою. Пожалуй, даже орбы не казались теперь такими настойчивыми и бестактными, как люди.

Архив, уголок умиротворения в разбуженном улье отдела, встретил привычным запахом пыли, негромким поскрипыванием дверок сейфов и монотонным жужжанием монитора. Похоже, пока меня не было, сюда так и не выделили человека. И здесь успели похозяйничать все, кому не лень. Вернее, те, кому требовалось поднять старые дела, но они понятия не имели где и как искать. И теперь пришлось за ними «прибираться».

Мое ворчливое настроение подхватили и орбы. Они все никак не хотели оставить меня в покое.

- Пошли прочь! - ругалась я, глядя в пустоту. - Вы не нужны мне без Сандро.

Но они продолжали поддерживать и вроде бы утешать. Издаваемые ими звуки походили на шум водопада. Или будто радиоприемник был настроен на волну, в которой нет радиостанции.