Избранные произведения. II том
- Автор: Кирнан Кэтлин Р., Берлсон Дональд
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Интернет-издание (компиляция)
- Переводчик: Василий Николаевич Дорогокупля
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Избранные произведения. II том». Краткое содержание книги:
Данное издание представляет собой сборник разных авторов, составленный С. Т. Джоши, виднейшим авторитетом по творчеству Лавкрафта. В нём представлены произведения таких мастеров «литературы тревожного присутствия», как Рэмси Кэмпбелл, Кейтлин Р. Кирнан, Майкл Ши, Майкл Маршалл Смит и др.
На протяжении их брака он часто заявлял о своем желании съехать. Некогда отель «Палаш» знавал лучшие времена — семиэтажный комплекс в стиле ар-деко, гордо возвышавшийся на лесистом склоне холма с видом на пристань и деловую часть города. Никто понятия не имел, кому пришло в голову назвать гостиницу столь воинственным именем. Ее построили в тысяча девятьсот восемнадцатом вместе с четырехзвездочным рестораном, роскошным клубом-казино и громадным танцевальным залом. Место для шикарной публики, призванное привлечь не только местных богатеев, но и голливудских звезд, знаменитых спортсменов и политиков. Сменив нескольких владельцев, в тысяча девятьсот пятьдесят восьмом гостиница была куплена корпорацией со Среднего Запада и перестроена для сдачи внаем недорогих квартир. Однако даже сегодня, изрядно пострадав от переделок ради увеличения полезной площади, спустя полвека и немалое число косметических операций, старушка еще хранила следы былого лоска и монументальности.
Тем не менее Першинг и Конни всегда считали, что тесные комнатушки никогда не заменят собственного дома с двориком и забором. Конечно, это место плохо подходило для того, чтобы растить детей, но рецессия обанкротила геофизическую фирму, в которой трудился Першинг, и деньги иссякли.
Конни все же удалось вырваться — она уехала в Кливленд, где вышла замуж за банкира и теперь, по слухам, жила в трехэтажном особняке, этакая светская львица в белых перчатках, королева гламурных вечеринок в саду, которая мельком проглядывает колонки светской хроники в поисках собственного имени. Першинг был рад за нее и детей, да и сам испытывал некоторое облегчение. В былые времена в его крохотной квартирке с одной спальней было не протолкнуться.
Впрочем, он тоже не сидел на месте — из старой квартиры Першинг перебрался на шестой этаж, в номер сто девятнадцать, который прежний комендант (в те времена Андерсон Хек) с иронией окрестил президентским люксом. По его словам, до Першинга этот номер занимали только двое, ибо так называемый люкс был достаточно просторен, чтобы жильцы держались за него до самой смерти. Предыдущим жильцом был библиофил, до пенсии служивший в Смитсоновском институте. После себя он оставил множество книг и фотографий, но родственники не торопились вступить в права наследства. Грузовой лифт, как обычно, оказался неисправен, а пассажирский доверия не вызывал. Поэтому комендант предложил Першингу три месяца не платить за квартиру, если тот возьмет на себя труд упаковать и снести вниз ящики с книгами и прочими вещицами, которые остались от покойного.
Першинг трудился не зря. Три дня он в поте лица вычищал будущее жилище, а на то, чтобы перетаскать туда свои жалкие пожитки ему потребовалось три часа. Что было потом — совсем другая история.
В октябре Першингу исполнялось шестьдесят семь. Ванде Бланкеншип, его подружке на протяжении последних девяти месяцев, было за сорок. Сколько именно, она предпочитала не уточнять, а он так и не удосужился заглянуть в ее водительские права. Он полагал, что скорее под пятьдесят, хотя Ванда следила за собой, ходила с подружками на пилатес, отыгрывая у беспощадного времени несколько лет. В шутку он именовал ее охотницей за древностями и расхитительницей могил, когда Ванда шутливо толкала его в плечо или несильно ударяла в пах, что обычно случалось у всех на виду. Она была библиотекаршей — расхожая эротическая фантазия, иронически воплотившаяся в его жизни, его вторая или третья молодость; правда, теперь ему приходилось регулярно принимать маленькие голубые таблетки, чтобы хоть как-то соответствовать этому статусу.
Девять месяцев означали, что их отношения вышли из зоны неопределенности и опасно приблизились к точке невозврата. Его, словно краба в котелке с постепенно теплеющей водичкой, устраивало, что Ванда оставалась у него пару ночей в неделю. Он даже небрежно упоминал о ней в ежемесячных телефонных разговорах с Лизой-Анной и Джимми, хотя раньше предпочитал держать подобную информацию при себе. Гораздо сильнее настораживало, что она оставила свою зубную щетку в шкафчике, а шампунь на полке в ванной. Однажды, засидевшись в «Красной комнате», он не сумел найти запасного ключа и не сразу вспомнил, что несколько недель назад отдал его Ванде, поддавшись минутной слабости. «Опасность, Уилл Робинсон, опасность!»{93} Он спекся, чего уж там, особенно учитывая погоду.