Целитель-5

А ведь он совсем еще молодой, поразилась вдруг Светлана, посматривая на «освобожденного» комсомольского работника. «Прыщавый даже… — толклись мысли в голове. — И на Алку боится смотреть, вот и гнется… Ну, Сима! Нашел, кем Мишеньку заменить!»

— Всё на этом, — промямлил инструктор, суетливо запихивая бумаги в потертый портфель, и будто снял заклятие.

Старшеклассники сразу ожили, шумно двигая стульями и галдя в манере первоклашек. Опасливо обойдя Аллу, «освобожденный» вышмыгнул за дверь, а Безродная возвысила строгий голос:

— Взносы! Не забываем про взносы!

Светлана смешливо прыснула, углядев, как инструктор вжал голову в плечи, и вышла следом, оставляя за порогом общественно-полезную суету.

В гулкой рекреации она слегка напряглась — Юрка Сосницкий, оттолкнувшись от подоконника, неуверенно приблизился к ней. Борется человек с собой, со своими привычками, въевшимися в душу и плоть… Хотение начать новую жизнь приходит ко всем, но многие ли находят в себе силы исполнить его?

Шевелёва с легким неудовольствием призналась себе, что робость «Сосны» ей приятна. В каких только ипостасях она не перевидела Юрку — жестким и злым, наглым, враждебно замкнутым, равнодушным, насмешливым, но не таким… пугливым и доверчивым. Будто уличный котенок, что тянется к руке, надеясь на ласку, и в то же время боязливо шарахается.

— Привет, — улыбнулась Света и бросила наугад, надеясь на желанный ответ: — А ты чего здесь?

— Привет… — смущенно пробормотал Сосницкий, вскидывая голову в отчаянном вызове: — Тебя жду. Можно… провожу?

— Давай! — обрадовалась девушка. — А то вчера какой-то тип за мной шел, представляешь? Куда я, туда и он. И убежать страшно — вдруг догонит? — и идти. Кошмар какой-то…

Светлана болтала, лишь бы прикрыть действительность. Пусть не думает, что нравится ей. Просто вдвоем будет спокойнее — с Юркой никто не связывается…

— Пошли, — выдавил Сосна, и мигом натянул лыжную шапочку, словно пряча алеющие уши.

— Пошли.

Когда учишься с человеком в одном классе, привыкаешь видеть в нем все того же мелкого нескладеху, впервые севшего за парту. А ребята растут… И ты однажды теряешься, разумея вдруг, что с детства знакомый мальчик стал иным. А у тебя просто в голове не укладывается, когда же это пацанское в нем заместилось мужским?

В раздевалке Юра, едва обретший обычную ловкость, сдобренную ленцой, снова зажался. Его напряженный взгляд заметался по вешалкам, по прутьям решеток, как будто выискивая нечаянных свидетелей. И все же Сосна переборол себя, и подал девушке пальто.

— Спасибо! — кокетливо сказала Света, делая вид, что не замечает, как пылают Юркины щеки. И решилась на коварный тест — протянула свой портфель.

Сосницкий, еще толком не накинувший куртку, хищно ухватил подачу. Таскать за девчонками портфели — это школьный ритуал, признание и посвящение. Светлана развернулась и гордо вышла, по дороге глянув на себя в зеркало. Глазки блестят… Губки вздрагивают в улыбке… Ямочки…