Альфа и Омега. Книга 2

— Я бы хотела, чтобы это никогда не заканчивалось, — со вздохом признала я, в этот раз не оставив на своей тарелке ни крошки.

— Хорошие времена тем слаще, чем реже случаются, — пожал плечами Дуглас, улыбнувшись мне. — Сохрани этот вечер в памяти, Хана, и возвращайся к нему, когда станет особенно плохо.

— А это идея, — вдруг оживился Йон. — Подождите-ка минутку.

Он ненадолго вышел из-за стола и скоро вернулся, вооруженный своим старым фотоаппаратом.

— Там еще осталась пленка? — искренне удивилась я.

— Как раз пара кадров, — кивнул он. — Садитесь поближе, я хочу заснять нас всех.

Я обняла старшего альфу с одной стороны, и его сын, настроив задержку на фотоаппарате, присоединился к нам с другой. Он обнял меня за талию, другую руку положив Дугласу на плечо, и мы замерли на пару секунд, пока щелчок камеры не оповестил нас о том, что снимок сделан.

— Распечатаем и поставим дома, — решил Йон. — А, вот и пленка кончилась, кстати.

— Как… символично, — не смогла не признать я.

Поскольку этот вечер был последним, мы не торопились подниматься к себе, и после ужина все вместе перебрались в гостиную, где старший альфа привычно включил небольшой телевизор, чтобы посмотреть вечерний выпуск новостей, а я уселась на диван обниматься с Сахаром. Кот моего душевного порыва не оценил, но вырываться не стал, просто пару раз недовольно мявкнул и устроился поудобнее, прикрыв зеленые глаза.

В новостях не было ничего особо интересного. Рассказывали об извержении вулкана где-то на другом конце света, о неудачном запуске очередного космического шаттла, о встрече глав двух больших государств, которые, видимо, считали себя вправе решать судьбы мира, хотя знали об этом мире едва ли больше, чем позволяли стены их помпезных кабинетов. В конце выпуска был небольшой блок новостей культуры и религии, и вот он как раз мгновенно привлек наше внимание.

— Кардинал Боро выступил с большой речью на открытии нового собора в Восточном городе, — хорошо поставленным и практически лишенным эмоций голосом сообщил диктор. — Он говорил о необходимости всем нам — и бестиям, и людям — сплотиться перед вызовами нового времени. Только вместе мы сможем найти ответы на вопросы, которые стоят перед нами, и нам важно помнить о том, что все мы — одна семья, ведущая род от одного предка. Подробности в сюжете у моего коллеги.

Телевизионная студия на экране сменилась на вид Площади Фонтанов, посреди которой была установлена небольшая импровизированная сцена. На ней за кафедрой, оснащенной микрофоном, стоял высокий мужчина в белом, обращая свою речь к собравшейся вокруг толпе и иногда многозначительно воздевая руки к небу. Я почти уверена, что видела его и раньше, просто не обращала внимания на его сан и место в общей иерархии верхушки Восточного города. Высокий, широкоплечий, как и большинство альф, он, однако, больше напоминал хищную птицу, нежели зверя. Сухое лицо, крупный нос с горбинкой, глубоко посаженные темные глаза, которые, казалось, следили за всеми и каждым, кто стоял перед ним. Его помпезное одеяние с широким воротом было оторочено золотом в отличие от чисто белой рясы рядовых священников, и во всем его облике проступало чувство глубокого достоинства и уверенности в себе. Он был в своей стихии, он принимал восторги и ликование толпы, пусть даже формально они собрались там совсем не для этого.