Доктор V

– Дай мне мою сумочку, – прошу я. Голос подрагивает от гнева и ощущения, что что-то сейчас происходит неправильное, но я уже не могу остановить эту стерву внутри себя. Даже притопываю ногой от нетерпения.

Винс спокойно смотрит на меня и произносит со вздохом:

– Эли, садись на мотоцикл, поехали.

– Я хочу свою сумочку, – упрямлюсь, потому что уже накрутила себя по полной.

Винсент снова тяжело вздыхает, сжимая переносицу, потом снимает шлем и перевязывает хвостик на макушке. Смотрит вдаль, барабаня пальцами по бензобаку, а я стою и раздраженно дышу, угрожая лопнуть от злости и забрызгать своими внутренностями его красивый черный байк.

Винсент снова вешает шлем на руль, медленно перекидывает ногу и встает с мотоцикла. Его глаза практически черные, и их взгляд направлен прямо на меня. Как лазер, прожигающий дыры в моей коже. Его лицо суровое и напряженное, и это пугает. Я делаю два шага назад. Пожалуй, дойду до дома пешком. Тут всего-то километров десять. Жарко, правда, но я справлюсь. Не первый раз преодолевать большие расстояния.

– Я, наверное, пойду, —нерешительно пищу, когда его мощная фигура надвигается на меня.

Делаю еще пару шагов, разворачиваюсь и пускаюсь наутек. Я успеваю пробежать не больше пяти метров, когда повисаю в воздухе, подхваченная сильными руками. У меня даже нет шанса крикнуть, как Винс резко разворачивает меня лицом к себе и, продолжая держать в воздухе за талию, хватает за затылок второй рукой и притягивает к себе. Все это так неожиданно, что я даже не могу среагировать. Господи, да даже подумать о том, как правильно было бы реагировать в этой ситуации, не успеваю. Потому что в следующее мгновение его горячие губы оказываются на моих, и я практически стону от этого ощущения. Ну почему он так целуется, что у меня покалывает даже кончики пальцев, а волосы на голове словно шевелятся?

Его мягкие горячие губы обхватывают мои по очереди, сминая их. А упругий язык, который я незамедлительно впускаю в свою рот, исследует его и пробует меня. В этот раз наш поцелуй не медленный и чувственный – он жадный и неистовый. Напористые движения языка, уверенная хватка на моем затылке, горячее дыхание.

Я обнимаю Винса за шею, цепляясь за него, как утопающий за соломинку. И тону. В его движениях, вкусе и запахе. Он пахнет кожей – из-за своей куртки, потрясающей туалетной водой и самим собой: силой и мужеством. У меня бы подкосились колени, если бы я стояла на земле, а так, просто слабеют ноги и подрагивают пальцы. И сердце. Оно стоит. Замерло, чтобы своим грохотом не спугнуть момент. И я не думаю. Впервые за весь день мои мысли улетучиваются куда-то, где нет места рациональному мышлению. Они просто растворяются в пространстве под действием эйфории.

Когда мои губы уже распухли и онемели от напора, Винсент наконец отстраняется от меня, и я вижу, как в его глазах пляшут все черти ада, выдавая с потрохами мысли Доктора Ви. Он хочет меня. И не просто хочет. Он как будто дышать не сможет, если не будет касаться меня. И, словно в подтверждение моих догадок, Винс ставит меня на землю, берет мою ладонь и накрывает ею свой пах. Очень твердый пах. Там как будто камень за ширинкой спрятан.