Доктор V

Это, конечно, недостаточный повод, чтобы нарушить наш уговор, но, кажется, не один я здесь играю в игру. Элисон прекрасно знает, что Одри ей ничего не сделает. И даже если бы я рассказал это Одри, она бы в своей манере пожала плечами и сказала что-нибудь в стиле «Переживешь». И Эли это тоже прекрасно знает. Но теперь у нее появился повод поддаться порыву, и она непременно это сделает через… одну, две, три секунды, и ее губы мягко прижимаются к моим, но уже через мгновение она отстраняется. Я наигранно кривлюсь, а потом качаю головой.

– Нет, не тянет на сохранение нашего секрета. Это не поцелуй. Меня бабуля целует развратнее.

– Фу, Винс, – кривится Эли, но все же улыбается.

– Давай, малышка, покажи мне, как сильно ты хочешь сохранить наш секрет.

Элисон колеблется не дольше пары секунд, а потом облизывает сочные губы и снова приближается к моему лицу. Она приоткрывает рот и аккуратно обхватывает своими губами сначала мою нижнюю губу, а следом за ней верхнюю. Я плавлюсь от этого. Горячее дыхание обжигает мою кожу, а ее запах – легкие.

Потом Эли проводит по моим губам влажным языком, как будто призывая открыть рот и впустить ее. Меня не нужно уговаривать и намекать дважды. Я парень понятливый. Бережно кладу руку на ее затылок, приоткрываю губы и впускаю ее в себя. Именно так, не язык, я впускаю в себя Эли. И она не мешкает с тем, чтобы воспользоваться моим гостеприимством. Впервые я переживаю поцелуй настолько чувственный, медленный и горячий, что у меня закатываются глаза. Мы никуда не торопимся и не пожираем друг друга в порыве страсти. Мы исследуем, знакомимся заново, поглаживая языки друг друга и посасывая губы. Мы напитываемся вкусами, запахами, ощущениями. Я готов целоваться так целую вечность, только бы слышать ее учащенное дыхание и знать, что она так же сильно наслаждается этим контактом.

Когда Элисон отрывается от меня, ее глаза чернее ночи, она тяжело дышит и смотрит на меня с таким желанием, что, кажется, оно прожигает ей мозг.

– Давай лучше просто покатаемся по городу, – хрипло произносит она. – Не хочу на аттракционы.

Я широко улыбаюсь. Несмотря на то, что этот поцелуй сбил меня с ног, я, как ни странно, очень трезво соображаю.

– Конечно. Поехали. Только захватим пирожные для твоей мамы.

Клянусь, как только я произнес это, в глазах Элисон появились сердечки. И ублюдок внутри меня сделал пометку в плане по завоеванию Элисон.