Смотри на меня

— Где у тебя спальня? — спрашивает, подхватывая меня на руки.

— Там, — киваю в сторону. — Может, всё-таки чаю?

— Обязательно. Позже.

Сергей доносит меня до спальни, а я в это время пытаюсь совладать с волнением.

Кто сказал, что я обязана чувствовать всё так, как чувствовала с Егором? Тогда у меня был первый раз, и я просто сильно волновалась. По другому, да, но, может, все ощущения придут в процессе? Я ведь так и не узнаю, если не попробую.

Не знаю, есть ли у него презервативы. Мы хоть и собираемся пожениться, детей я пока рожать не намерена. Надо было заранее достать защиту из шкафчика в ванной и положить на тумбочку в спальне.

— Я на минуту, — говорю, когда он ставит меня на ноги возле кровати, и сбегаю в ванную.

Там закрываю щеколду и несколько раз глубоко вдыхаю и выдыхаю. По телу бежит прохладная дрожь, от которой я морщусь. А потом снова живот скручивает спазмом, и я чувствую влагу.

— Не может быть, рано же ещё, — шепчу сама себе, игнорируя где-то глубоко пульсирующее чувство облегчения.

Но моя догадка подтверждается — у меня действительно пошли месячные.

Эм… Теперь Сергей точно обидится. Ну а я что? Физиология — она такая. Я же не виновата, что цикл сбился.

Только вот ощущение, что даже дышать стало легче, меня напрягает.

Возвращаюсь в спальню и виновато смотрю на жениха.

— Кажется, нам всё же придётся пить чай, — делаю брови домиком. — У меня начались женские дни.

Пару секунд он смотрит так, будто не верит. Наверное, пытается понять, не шучу ли я. На что я пожимаю плечами.

Я же не специально.

— Юль, ты прямо скажи, в чём дело? — он всё же начинает злиться. — Что, блин, не так?

— Серёж…

— Не оправдывайся, просто скажи. Потому что я в недоумении. Мы вместе полгода, а как доходит дело до постели, ты сразу в кусты. Что не так? — он сердится и начинает говорить громче обычного, делает пару шагов в одну сторону, потом в другую. — Ты же говорила, что для тебя это уже не впервые.

— Так и есть.

— Тебя обидели в первый раз? — останавливается и внимательно смотрит. — Ты теперь боишься?

— Нет! Всё прошло прекрасно.

Говорю и тут же хочется язык прикусить. Ну и ляпнула. Ему уж точно вряд ли хочется знать, как у меня было с другим.

— Так ты переживаешь, что я не выдержу сравнения с идеальным первым? — а вот теперь точно злится.

Драгунцев прищуривается, выражение лица становится жёстким, что мне даже как-то тревожно.

— Господи, — всплёскиваю руками, — конечно нет, Сергей! Просто… Просто не дави на меня. Я этого не выношу, понимаешь? Я трудно принимаю решения.

— Я и не давлю.

— Серьёзно? — теперь уже начинаю злиться я. — Это предложение на юбилее твоего отца, разве не давление? Ты уже задавал вопрос, дал мне время. А потом вот так всё вывернул!

— Я хотел, чтобы было романтично.

— Ты поставил меня в неудобное положение!

— То есть ты не хочешь?