Царь горы [СЛЭШ 18+!]

— У нас топ-ресторан! Мы лучшие! — вещал менеджер, поминутно потирая нос пальцами. — Тебе мегаповезло, что ты можешь получить здесь работу! Мы платим на десять фунтов больше, чем забегаловки! Но, конечно, надо постараться, чтобы удержаться здесь, ведь мы не просто ресторан! Мы супер-ресторан! Ты должен доказать, что хочешь работать! Я рассчитываю, что ты придёшь сюда и в субботу… — он снова потёр нос, — по выходным мы всегда зашиваемся. Поэтому поработай для начала сверхурочно, так ты докажешь, что тебе и правда нужна работа. Тебе ведь нужна работа? Нужна?

Менеджер, гордо восседая на пластиковом кресле, как офисный божок, торопливо пробегал пальцами по стопке бумаг на пластиковом же столе. Гарри молчал. Работа ему нужна была позарез. Он встал.

— Будешь нюхать столько амфетаминов — загнёшься, — заметил он сухо.

Тот тут же вскочил. Всю его показную любезность как рукой сняло.

— Ты у меня ни в один ресторан не устроишься, пидор вонючий! — орал он вслед Гарри, который не потрудился закрыть за собой дверь.

— На лбу у меня теперь написано, что я пидор? — пробормотал Гарри, проходя через роскошный зал. Ещё совсем недавно он был завсегдатаем подобных мест. Он бросил взгляд на открытую сцену, где толклись у рояля какие-то люди. От толпы отделилась девушка, глаза у неё были явно на мокром месте. Гарри заинтересовался. Подойдя ближе, он не успел ничего спросить, как один из взволнованно о чём-то переговаривавшихся обернулся к нему.

— Вы последний, что ли? Давайте скорее, времени ни черта нет! Ходят тут, глотку дерут, а толку! — с возмущением сказал он кому-то. Гарри через чужие головы увидел, что он обращается к сидящему у белого рояля пианисту. Рояль напомнил Гарри тот, что стоял у него в пентхаусе.

— Ну! — Нетерпеливо прикрикнул на него мужчина, кто, по-видимому, был управляющим. — Что исполнять будете?

Гарри растерялся на одно мгновение. Он перевёл взгляд с распорядителя на пианиста.

— А вы прямо всё можете? — поинтересовался он.

Пианист пожал плечами.

— У нас только популярный репертуар, вас не предупредили?

Мысль Гарри работала быстро. Весь план сложился в его голове за пару секунд.

— «Dicitencello vuje» достаточно популярна?

— Разумеется, — согласился пианист с улыбкой и повернулся к роялю.

Гарри, чувствуя некоторую нервозность, взялся за микрофон. Пианист заиграл, но Гарри не успел вступить вовремя, разглядывая перед собой всех этих людей, которые выжидающе смотрели на него.

«И как Северус справляется с этим? — подумал он. — Да ещё с его замкнутым характером?»

Эта мысль придала ему уверенности. Северус делает нечто подобное… Когда-то и он в первый раз стоял вот так — перед публикой и терялся. И Гарри вспомнился их поход в ресторан, где звучала эта же музыка… И он был совсем другой. И не знал, что это всё его поведёт по другой стороне жизни. Гарри опасался, что его сейчас же прервут и выгонят. Но ему нравилось петь, нравилось и говорить. Он весь был голос. Слова и музыка переплелись в одно, усиливая впечатление. Голос не дрожал, был уверенным и сильным. Гарри будто бы наконец раскрылся во всю мощь своих лёгких. Он больше не думал о Северусе, не думал о тех, кто стоял перед ним, не думал ни о ком. Из него вырвался неудержимый поток того, что он передумал и перечувствовал. Он будто восстал из чёрной тьмы, стряхнул с себя ужас жалкого человеческого существования. Он хотел жить, видеть дальше, как можно дальше, и не хотел сдаваться тем, кто упорно пытался доказать ему его ничтожность. Гарри развернул плечи, раскрыл грудь, распахнул руки и поднял голову, вытягивая шею, как будто он должен был оторваться сейчас же от земли, — невозможно удержать всё, что было у него внутри, как Солнце превращает себя в лучистую энергию и становится всё горячее и ярче. Слова повторялись: «Люблю… Люблю…» И неукротимая сила его голоса заставила всех замереть.