Стаи. Книга 1

Элан, совершенно не таясь, пошёл на свет, а его появление не вызвало никакой паники — всё в порядке вещей. Сбросив одежду, он секунду помялся, стоя с ножом в руке, а потом быстро и проворно разрезал повязку, фиксирующую пришитую руку. Та, лишившись опоры, заскользила вниз, разгибаясь в локтевом суставе, а подруги замерли, наблюдая за его реакцией.

Лис сморщился от неприятных ощущений, но вспышки боли не последовало, и он, совсем расхрабрившись, срезал и бинты, отправив белый пучок в костёр. Тот радостно принял новую пищу, а в дрожании огня стали видны розовые шрамы, исполосовавшие тело.

— Да, — протянул Элан, рассматривая себя, — таким числом отметин не каждый воин похвастаться может!

На берег как раз выбралась девушка из высшего общества, блики заиграли на её безупречно сложенном теле, и без колебаний подошла к нему:

— Дай-ка взглянуть.

Возражений не последовало, и Афалия осторожно касалась пальцами шрамов, всё время хмурясь, но вердикт был положительный:

— Неплохо! — Брови птицами взлетели вверх, «медсестра» была явно удовлетворена. — Ну, пошевели.

Судорожно сглотнув, Лис осторожно протянул руку, коснувшись пальцами собственного носа, потом носика девушки, и опустил её вдоль тела.

Всё-таки, рука чужая. Хоть нервы и ткани срослись, но разница между тем, что было, и тем, что есть сейчас, была ощутимой. Словно в левую руку вкололи что-то, и многие нервные окончания потеряли чувствительность, да и выглядела она иначе. Дана сразу предложила хотя бы нарастить мышечную массу, но на это требовалось ещё три дня, а времени в запасе не было совсем, так что пришлось ограничиться простой трансплантацией. По этой же причине не стал он ничего фантазировать с потерянным глазом, просто залечив раны на голове и шее, тем более что «Скальпель» не мог ничем помочь в такой сложной области, как выращивание тонкого инструмента зрения. Его задача — штопать раны, и со своей задачей он справился!

— Я в порядке, — заверил он, видя молчаливое напряжение соратниц, и вошёл в воду.

Прохлада унесла боль из истерзанного тела, и Элан с удовольствием плескался, не заходя, впрочем, глубоко — плавать сейчас лучше и не пробовать. Никакими шампунями, естественно, никто тут не располагал, но местное мыло оказалось на удивление хорошим, и позволило быстро избавиться от стойких запахов медикаментов, что, казалось, впитались в кожу уже навсегда, дразня тонкий нюх даже во сне. Афалия не отходила от него ни на шаг, хотя его и смущало немного такое внимание — ладно бы тет-а-тет, но не при старостах (те купали Мирру), а вот девушка, похоже, смущаться и не думала.

Когда же вдобавок удалось облачиться во всё чистое, душа могла бы запеть от восторга, но в день проводов друзей восторги были неуместны.

Им ничего тяжёлого на сегодня не планировали, и девушки, вместе с Эланом, взялись плести венки — летуньи не поленились, и за ночь прочесали округу, набрав красивых цветов, что теперь целыми снопами лежали в воде, а умелые руки старост превращали их в украшение смертного ложа.