Железные амбиции. Мои победы с Касом Д'Амато [litres]

Он настаивал на том, чтобы мы конкретизировали эти самовнушения и учитывали, формулируя их, свои собственные проблемы. Так, например, вместо общей фразы «День за днем во всех отношениях я становлюсь все лучше и лучше», следовало произносить: «День за днем я чувствую себя все спокойнее и спокойнее, я все четче контролирую происходящее на ринге, я становлюсь все лучше и лучше». Или же: «С каждым днем состояние моей распухшей лодыжки все улучшается и улучшается».

Кас заставлял меня совмещать сеансы гипноза с самовнушением. Как результат вместо слащавого «С каждым днем я становлюсь все лучше и лучше» теперь я внушал себе, что день за днем превращаюсь в самого свирепого боксера, которого когда-либо видел мир. Целые дни напролет я убеждал себя:

– Я лучший боксер в мире, никто не может победить меня, я лучший боксер в мире, никто не может победить меня.

И чем больше я это говорил, тем сильней в это верил.

Помимо использования сеансов гипноза и самовнушения, Кас стал поощрять меня за любые успехи на ринге. Он соблазнял меня разными вещичками. Одежда в то время была моей слабостью, поэтому Кас коварно интересовался:

– Тебе нужна эта кожаная куртка? Хочешь такие шикарные кроссовки? Тогда выигрывай турнир. Помни, ты должен воспринимать своих соперников как источник дохода.

После победы на местных или региональных соревнованиях он вознаграждал меня, хотя порой у меня могли возникать сомнения в ценности или полезности этих призов:

– Посмотри-ка, ведь правда, замечательная вещь? Бьюсь об заклад, ты просто мечтал о ней!

Конечно же, главный приз полагался за победу на чемпионате в тяжелом весе. Кас был глубоко убежден, что стать чемпионом мира в тяжелом весе гораздо важнее, чем выиграть президентские выборы в США.

У Каса бывало туго с деньгами, и наш бюджет оставался весьма ограниченным. Однако, по его мнению, со мной следовало обращаться как с настоящим принцем. Штат Нью-Йорк выделял на меня скромную сумму, и когда я заявлял о желании иметь летнюю кожаную куртку, на которую ушло бы 90 процентов субсидии, предназначенной для приобретения школьной формы, Кас бурчал:

– Ты готов потратить все эти бабки на один кожан? Мне еще нужно купить тебе носки и нижнее белье.

Но деньги он, побухтев, выдавал. Его близкий друг Джимми Джейкобс и деловой партнер Джейкобса Билл Кейтон выделяли средства, необходимые для покрытия всех расходов в Кэтскилле.

Кас использовал еще одну тактику, чтобы вдохновлять меня. Она заключалась в том, чтобы приглашать в Кэтскилл боксеров мирового уровня. Например, у нас тренировался Вилфред Бенитес[60]. Когда он показал свой чемпионский пояс, мне показалось, что я смотрю на Святой Грааль. Также в Кэтскилл повидаться с Касом приезжал Джерри Куни[61], и, не помня себя от восторга, я взял у него автограф.

Все это было частью попыток укрепить мою уверенность в собственных силах. Когда я приехал в Кэтскилл, моя самооценка стремилась к нулю. Я никогда никому не завидовал, пока не встретил Каса, который пробудил во мне это чувство: «Ты должен получить это. Ты вполне можешь победить того парня, ты лучше его». Кас обычно не пользовался формулировками типа: «Ты мог бы стать лучше, если бы усердно работал». Он предпочитал такие фразы: «С какой стати у него это должно быть, а у тебя нет?» И произносил он эти слова весьма угрожающе.